Провинция.pro №6, 21 февраля 2013 год



Культура массового поражения


Старшее поколение помнит, как после Отечественной войны, в конце сороковых, в подмосковных электричках родился новый культурный феномен. Фронтовики-инвалиды ходили по вагонам, пели песни под гармошку и собирали милостыню: «Я был батальонный разведчик, а он писаришка штабной…» Отец рассказывал мне, что попадались среди убогих и калек вполне себе здоровые. Им, конечно, подавали меньше, и, чтобы как-то стимулировать аудиторию, они заканчивали своё выступление одной и той же фразой: «Граждане, подайте, кто сколько может. Лучше попрошайничать, чем грабить и убивать!» В этой то ли угрозе, то ли шутке на самом деле раскрывается глубокий смысл, зашифрованный в более красивом, а значит, и культурном выражении «Когда поют музы, пушки молчат». Как вы уже поняли, противопоставление культуры и войны намеренно. Можно даже сказать, что вся наша цивилизация выросла в этом противостоянии.

ТЦ ТриумфПлаза, рис. Виктор Цюра

Вы скажете, а как же «военное искусство»? Это же тоже культура! И будете правы… до первого выстрела пушки и до первого убитого. «Лучший бой, тот который не состоялся»,– ответит вам грамотный, культурный военачальник. Кровопролитие – вынужденная мера, и военное искусство заключается как раз в том, чтобы к нему не прибегать. И потом мы не идеализируем культуру, которая не менее сильное оружие, чем ядерная бомба, и в так называемом цивилизованном обществе может привести к аналогичным разрушениям. Вспомните крестовые походы или конкисту. Кортес, уничтоживший империю ацтеков с Библией в руке (правда, в другой руке его был меч). А кто разрушил Советскую империю? Американская «военщина»? Мы вас умоляем… Жвачка, джинсы, и финский сервелат – вот и всё оружие. Культура потребления. Но вот что удивительно. Как только мы слились с этой культурой, мы стали никому неинтересны, включая самих себя. И культура наша тоже куда-то «слилась». Мы не можем покорить мир Большим театром и русским балетом, великой литературой и советскими гимнастками, ансамблем Моисеева и хором Александрова. Да чего там, мы даже не можем уступить место в автобусе пожилому человеку. Мы культурные инвалиды. Мы обезоружены.
Недавно была у нас в гостях важная дама из Италии. Первый раз в России. Графиня в шестом поколении, владелица фамильного замка, искушённая в искусствах, знаток антиквариата. С трепетом расспрашивал я её о тонкостях архитектуры Санкт-Петербурга и роскоши московских бутиков. Дама оставалась вежливо-равнодушной. Ничего не тронуло её сердца. Но вдруг, на мой отчаянный вопрос: «Неужели же, вы, сеньора, ничем не были поражены в России?» – она оживилась. Глаза её заблестели, и она с итальянской страстью стала рассказывать о… наших старушках-богомолицах. Представляете, моя невозмутимая итальянка была обескуражена и поражена количеством верующих в наших храмах! Искреннее тёплое чувство к моему народу светилось в её взгляде. Я бы даже сказал – любовь.

Редакция газеты «Провинция.pro»

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.