«Пишите, чтобы историю знали»

Так сказал нам с А. И. Тремпольцевым в завершение рассказа старейший малоярославчанин, участник Великой Отечественной Александр Васильевич Стогов. Ему к девяносто, у него твёрдое рукопожатие, и он нам читает стихи про войну. Разные в Малом представители того поколения и свидетели тех событий. Кто-то до сих пор опасается рассказывать как тогда и что происходило, а тем более упоминать какие-то фамилии, кто-то что-то вспоминает, но предупреждает, чтобы ни в коем случае на него не ссылались. Стогов рассказывает без утайки.

В областной «Вести» за 16 мая с. г. опубликована статья Вс. Овчинникова из Боровска «Между молотом и наковальней», в которой речь идёт об оккупированном немцами Боровске и коллаборационизме местного населения. Тема эта – острейшая. Она длительное время замалчивалась, ибо портила официальный патриотизм советского народа. Но без неё история войны — лишь полуправда, трактуемая в идеологических интересах той или иной эпохи. Такое замалчивание сослужило плохую службу нынешним поколениям, в результате чего после двадцатилетних шатаний вынужденно приходим к необходимости главного учебника истории.
Боровская и малоярославецкая земли – соседи, было время, когда часть боровской территории входила в состав Малоярославецкого уезда. И общего у нас много. Это — ментальность старинного малого русского города, близость к Москве, единство каких-то событий, сопредельность территории, обуславливающая многочисленность взаимных семейных уз и дружеских контактов. Поэтому многое из того, что написано про боровчан характерно и для населения Малоярославца.
Но есть у нас одна особенность, отличающая и от Боровска и от иных калужских территорий. В Малом главной и важнейшей является война 1812 года. Кто-то возмутится, мол, нельзя так противопоставлять две войны. А, собственно говоря, почему? В первой Отечественной вражеское нашествие на малоярославецкую землю продолжалось 3-4 дня, город был уничтожен в сражении, население его предварительно покинуло. Во второй только оккупация города продолжалась два с половиной месяца и ещё около месяца шли бои по району.
Когда начинаешь изучать то, что опубликовано, то вот они — книги про 1812, их много, написаны нашими музейщиками или с их участием, а в последнее время ещё и с хорошей полиграфией. В них, кажется, описано уже всё, вплоть формы подковок наполеоновских супостатов.
А про 1941-1945? Об этом пишут в отдельных книгах и больших газетно-журнальных статьях в Москве, Подольске, Чеховском районе Подмосковья, Калуге, далёком казахском Актобе, даже в Германии, а вот с малоярославецкими писателями-краеведами-историками картина совершенно иная. За 68 послевоенных лет известна всего лишь одна специально посвященная Великой Отечественной войне книга. Собственно говоря, это даже не книга, а литературно обработанный рассказ Пелагеи Брагиной «Повесть о семнадцати спасённых» (1965 г.). Сейчас эта маленькая книжечка стала библиографической редкостью, её нет даже в городской библиотеке.
Нет, конечно, наши не молчат совсем. Время от времени появляются тончайшие брошюрки О. Н. Любченко «Чёрных машин полёт» (2000), Н. И. Лобзова «Война жестокая и справедливая» (2002), Т. В. Шутихиной, Е. В. Соколовой «Они приближали победу» (2005), ещё буклеты от музея истории и краеведения (с многочисленными ошибками), заметки к военным датам в «Малкрае» и «Маяке», написанные зачастую торопливо.
Та же «Весть» в том же номере под заголовком «От кого мы прячем свою историю?» опубликовала интервью с писателем из Тарусы С. Е. Михеенковым, автором книги «Дорога смерти. 43-я армия в боях на Варшавском шоссе. Схватка с «Тайфуном». В ней почти половина о боях на малоярославецкой земле. А почему ничего подобного не пишется в Малоярославце? Да интересуется ли руководство нашего города и района этой книгой, да есть ли она в наших библиотеках? Вопросы риторические. А вот в Куйбышевском районе книги Михеенкова по войне для всех сельских библиотек купил меценат. Когда узнаёшь такое, становится обидно за нашу власть.
Вс. Овчинников поднял тему коллаборационизма среди населения Боровского района в период оккупации. Они делали запрос в ФСБ, получили ответ с указанием направлений сотрудничества (добровольного и принудительного) жителей с оккупантами, цифрами сотрудничавших и осуждённых за это, в дальнейшем оправданных безвинно осуждённых. Написал, что жители ряда деревень воспринимали оккупацию как «освобождение от ненавистного большевистского режима», встречали гитлеровцев белыми флагами и хлебом-солью.
Малоярославчане были в оккупации примерно столько же сколько и наши соседи – 75 дней. Но никто в архивы ФСБ на эту тему не обращался, при том, что у нас есть специальный музей истории и краеведения.
В книгах «Малоярославец. История и современность» (2002) и «Земля моя – судьба моя» (2004) вопрос сотрудничества с врагом освещён почти под копирку: «Городской магистрат, во главе которого стоял бургомистр Клебех (бывший работник железнодорожного ОРСа), проводил перерегистрацию населения…» да партизанскую связную Ольгу Колесникову выдал предатель. Ничего другого ни в каких книгах или официальных местных газетах не публиковалось. Может быть, не было? Может быть, малоярославчане в этом смысле были какими-то особенными?
Вот у наших брянских соседей в период оккупации существовала «Локотская республика» с населением 581 тыс. чел. Её возглавлял Е. В. Каминский, ликвидировавший в подконтрольном ему районе знаменитых партизан («Шумел сурово брянский лес…»). Он сформировал т. н. «Русскую народную освободительную армию», cтавшую позднее 29-й гренадерской дивизией СС. Именно это соединение подавляло восстание в Варшаве. За всю историю войск СС только один командир дивизии был расстрелян немцами за зверства над мирным населением. Это был бригадефюрер СС Каминский, поляки нам его до сих пор «с благодарностью» вспоминают.
Слава Богу, малоярославецкая земля себя ничем подобным не запятнала. Но и у нас происходило разное: драматическое, трагическое, до слёз мучительное и порой так запутанное, что одни и те же люди остались в памяти народной и предателями и героями.
Вот в конце мая в подмосковном Пушкинском районе разразился скандал: там более 30 лет чествовали изменника. Сергей Маслов сдался немцам, выдал дислокацию штаба корпуса, добровольно поступил к ним на службу, учил таких же изменников бороться с партизанами, потом воевал лейтенантом в карательном батальоне «Митте» во Франции. После войны был осуждён. В 1980 г. в Одинцово получил удостоверение участника войны. Ходил по школам, рассказывал детишкам о своих «мнимых» подвигах, получал награды, а два года назад ему чуть было не поставили памятник. И нам надо изучать свою историю, в т. ч. её не очень приятные страницы, хотя бы для того, чтобы не пускать к детям таких масловых.
Говорят, советская цензура мешала правде. А может цензура была не так уж и виновата, просто правда была не нужна? В номере газеты «Подольский рабочий» за 17.01.42 г., посвященном освобождению Малоярославца можно прочитать, что в период оккупации в городе печаталась газета «Неделя», была открыта церковь, намечался к открытию бордель. Слышал рассказ, что наши воины, освобождавшие в Новогоднюю ночь город от врага, заставали отдельных празднующих немцев в объятиях наших «тружениц». Говорят, что финские союзники грабили ещё почище немцев.
Но вернёмся к «Повести…» П. Брагиной. Она описывает следующие мысли и поступки паникёров и предателей:
— лейтенант Красной армии Фёдор Краузе из командования строительного батальона, сооружавшего 37-й Малоярославецкий укрепрайон, ещё до подхода врага говорил девушке: «Не бойся немцев, Кларочка! Немцы такие же люди! Будешь так же жить и работать». И Клара «работала», после освобождения была осуждена;
— «Все жёны коммунистов уезжают, украдкой собираются. Лошади, запряжённые за дворами стоят, полные возы навалены, ребят своих насажали. Фельдшер тоже уезжает, а мы никому не нужны. Их мужья — коммунисты – утром скрылись», это возмущенные бабы в деревне;
— «Немцы не пустили нас в свои дома… Ранен мальчик Хренниковых… Разрушили школу-семилетку… Шурка Петрова (фамилия вероятно изменена) переспала со всеми немецкими офицерами…»;
— «Тут как полезли в пробоину разные людишки, всё опустошили. Ляпины-соседушки хозяйничали. У матери, что было спрятано, всё поукрали. У твоего сундука даже дно отодрали». Это про грабежи своими колхозного имущества и соседского добра;
— про страх оккупантов: «Даже когда их ещё не было в селе – в разных проявлениях, например, в отказе давать раненым еду, одежду, принести кровать или медработник уничтожила все лекарства, а они необходимы раненым, и отказалась к ним придти»;
— про немецкого прихвостня старосту Воронова: «За грабежи привлекался, за убийства привлекался. В восемнадцатом году Советскую власть ходил снимать с белыми. С ними же ходил по домам, мужиков выгоняя на восстание»;
— «Липатов принуждал сотрудничать с немцами в их «правительстве»;
— «необычные люди в красноармейских шинелях» — бандиты из осуждённых, немцы их не задерживали;
— странные люди раскланивались с сельчанами и немецкими офицерами – из бывших здешних помещиков.
Но были и те, кто, будучи назначенными немцами на разные посты, помогал жителям, да и у самой Пелагеи сельчане отца избрали старостой.
Ещё важный нюанс. В десятках книжно-газетных публикаций, да хоть и в самой аннотации к «Повести…» восхитительно утверждается, что Брагина совершила подвиг – укрыла от немцев и выходила 17 раненых красноармейцев. Видимо, последующие писатели осилили только аннотацию, а саму «Повесть…» не читали. Слово «укрыла» здесь явно не к месту, т. к. Брагина рассказывает, что её «госпиталь» неоднократно посещали староста, полицаи и немцы. Во время последнего визита, когда уже началось наше наступление, один из немцев с двумя нашивками на рукаве задержался и когда ушли другие «стал ругать Гитлера, потом достал из кармана портсигар. Высыпал все папиросы, протянул их мне, отдал честь и ушёл. Я ждала всего, только не этого».
«Значительная работа проводилась по расследованию фактов сотрудничества с оккупантами или уклонения от борьбы с ними. К июню 1942 года отделом НКВД было арестовано около 400 вражеских диверсантов, старост, старшин, полицаев и других предателей. Эти меры сопровождались изъятием у них большого количества оружия и продовольствия. Газета «Подольский рабочий» (17.01.42 г.): «Нет сомнения, что немецкие разбойники, покидая наш город, постарались оставить свою агентуру. Неразоблачённые мерзавцы будут пытаться всячески пакостить и мешать нам. Не допустить этого, разоблачать и обезвреживать вражескую агентуру – священный долг каждого советского патриота».
Конечно, имели место определённые перегибы, ряд лиц, привлечённых к ответственности, был позднее реабилитирован.
И дополнительно. «В ходе рассмотрения персональных дел на коммунистов, которые остались на оккупированной врагом территории без специального задания, с января 1942 по декабрь 1944 года бюро райкома за сотрудничество с врагом исключило из ВКП(б) 60 членов и 52 кандидата в члены партии. Строгие партийные взыскания были наложены на семь членов и кандидатов в члены партии. Ряд бывших коммунистов были сняты с руководящей работы. За этот период работа 27 первичных организаций была признана удовлетворительной, а четырёх (ОРС транспорта, суд, прокуратура, районный отдел НКВД) неудовлетворительной. Секретари этих организаций были переизбраны…
Было рассмотрено около 200 персональных дел на комсомольцев, которые подозревались в сотрудничестве с врагом или уклонении от борьбы с ним, более ста из них были исключены из комсомола»**.
Введение Вс. Овчинниковым в писательский оборот слова «коллаборационизм» симптоматично. Сейчас в Малоярославце готовится новая книга по истории города. Мне довелось участвовать в написании главы для неё по Великой Отечественной войне. Так мои рецензенты принудили убрать это французское слово – символ национального предательства.
История не бывает плохой или хорошей, история может быть изложена правдиво и честно или не правдиво и не честно. В первом случае при всех сложностях перспектива прогресса и гордости за страну, в противном случае — стагнация и крушение. Мы потеряли СССР, отступать некуда – позади Россия!
А рассказ А. В. Стогова об оккупированном Малоярославце будет продолжением этой статьи.

А.Исаченко

Читать на сайте Малоярославец — информационный портал

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.