Забытая война. Продолжение

Про войну каждый пишет по-своему. Она у всех разная: у кого-то дежурно-поспешная перед очередным Днём Победы – пару избитых фактов, несколько примелькавшихся фамилий, банальные поздравления и пожелания ветеранам; кто-то что-то ищёт, открывает новые имена и события; кто-то рассказывает о своих родственниках и знакомых. Писать о войне, которая была давно и долгое время не в почёте, свидетелей которой уже нет с фактической стороны тяжелее, а с эмоциональной проще. «Шанс» 6 марта с.г. опубликовал мою начальную статью про Первую мировую войну. Продолжаю. И хотя, бывает, меня упрекают за личностный аспект, но эта статья о моей личной связи с той далёкой войной. И, вероятно, подобную связь может найти каждый.

Я офицер запаса и по второму образованию в военном дипломе преподаватель истории. У меня и отец преподавал историю, дома было много всяких учебников, публицистики на исторические темы. Можно даже сказать, что был культ истории. Тем не менее, никогда не думал, что как журналист буду копаться в истории, но именно в Малоярославце, посещая его музеи, разговаривая с ветеранами, наблюдая памятники, произошёл какой-то к этому толчок. И никакой мистики, всё закономерно.
Недавно прочитал «Разные дни войны». Дневник писателя» (1977) Константина Симонова. Там есть и о памятниках и о людях, связанных с I-ой мировой в странах, которые Красная армия освобождала от фашизма. Это интересно для сравнения с Россией (СССР).
1944, Румыния: «разговариваю с только что взятым в плен румынским сержантом… О своих офицерах говорит равнодушно, а о немцах с очень правдоподобным раздражением…
Спрашиваю: знает ли он, что в прошлую войну румыны воевали против немцев на стороне России? Отвечает, что нет, не знает, что в школе ему об этом не говорили. Спрашиваю: знает ли он вообще, что была война 1914-1918 годов? Говорит, что знает, потому что его отец убит на той войне. Судя по этим ответам, надо думать, что прогерманская политика начала проводиться в Румынии… ещё до прихода к власти Антонеску (1). Иначе как-то трудно объяснить тот факт, что румынский солдат, отец которого убит в прошлую войну немцами, оказывается, не знает, на чьей стороне воевали румыны и кем был убит его отец…» (2)
«Перед Фокшанами, справа от дороги, высокий памятник из серого гранита румынским солдатам и офицерам, погибшим в первую мировую войну. Гранитный постамент, на нём старые полевые орудия. Открываем скрипучие кованые двери, спускаемся внутрь. Холодно. На стенах выбиты тысячи фамилий, в нишах каски и винтовки устарелого образца. Снимаем фуражки. Эти не виноваты в том, что делала их страна в нынешнюю войну».
1944. Югославия (сейчас Сербия). «Город Неготин. На площади памятник погибшим с датами 1912-1918 – сначала Балканская, а потом первая мировая война. Наверху памятника неумирающий бронзовый орёл, а рядом с ним только что поставленные гранитные пирамидки над могилами наших погибших танкистов. Надпись: «Капитан Венгеревский Александр Иванович 1920 года рождения, гвардии старшина Шор Василий Васильевич 1909 года рождения – за освобождение Неготина».
«Я поехал на хорошо знакомую всем, кто бывал в Белграде, гору Авала – высокий и удивительно красивый, поросший лесом холм километрах в десяти от центра города. На этой горе, на самой вершине… памятник югославского скульптора Мештровича над могилой Неизвестного солдата, не вернувшегося с первой мировой войны. Я… видел осколки обстрела, щербины, выбитые осколками наших снарядов в чёрном мраморе памятника… На Авале находился немецкий наблюдательный пункт. Сначала наши били по нему из пушек, а потом, узнав, что странного вида постройка на самой вершине горы – памятник Неизвестному солдату, прекратили обстрел и, забравшись на гору, уничтожили засевших там немцев гранатами и автоматным огнём.
То, что именно наверху этой горы… находится могила Неизвестного сербского солдата прошлой мировой войны, было связано для меня с мыслями не только о прошлом, но и о будущем, о том, какой же будет в нашем сознании память об этой второй мировой, ещё не довоёванной войне.
С того времени прошло очень много лет. И вот в 1971 году… я снова поднялся на Авалу.
Я помнил о трагедии, которая произошла здесь в 1964 году, когда наши ветераны боёв за Белград, летевшие на двадцатилетие со дня его освобождения, погибли при катастрофе самолёта, врезавшегося в склон Авалы, всего на несколько сот метров ниже могилы Неизвестного солдата.
Я помнил это, и всё-таки, когда увидел врезанную в склон горы плиту со скорбным списком, начинавшимся с имён маршала Бирюзова и генерала Жданова…, когда я увидел в этот осенний будничный день цветы у подножия плиты и стоявших перед ней без шапок людей, у меня стиснуло горло.
Умом я понимал, что это… случайность, катастрофа, и всё-таки, может от того, что это была именно Авала с её могилой Неизвестного солдата, казалось, что смерть настигла этих людей откуда-то оттуда, из прошлого».
На месте катастрофы с западной стороны горы в 180 м от её вершины был установлен памятник нашим ветеранам, погибшим в той катастрофе.
Посмотрите, как Симонов связывает наши народы, две мировые войны, два памятника. Он пишет, что красноармейцы спасли югославский памятник, а ведь это, скорее всего, было связано с дополнительными жертвами, ибо одно дело стрелять по немцам из пушек и совсем другое глушить их гранатами.
В 1977 г. наш факультет перевели из Ростова в Ригу. Рижское военно-политическое Краснознамённое училище, готовившее офицеров для Ракетных войск стратегического назначения, носило имя Маршала Советского Союза С. С. Бирюзова, который погиб, будучи Главкомом этого вида Вооруженных сил. Нам рассказывали его биографию, а уж воспитывать гордость за своё училище тогда умели.
В прошедшем августе по телевидению показали реконструкцию Гумбиненского сражения I-ой мировой, состоявшегося в августе 1914 г. Немецкий Гумбинен в Восточной Пруссии – это нынешний Гусев в Калининградской области. Я родился в г. Нестерове (нем. Шталлупёнен), что в 24 км от Гусева (не намного дальше, чем Ильинские рубежи от Малоярославца). И его тоже затронуло то сражение. Из детства запомнилось, что на подходе к городскому стадиону в канаве валяется какой-то немецкий памятник с изображением каски. Недавно его вновь водрузили на постамент, оказалось, что он связан с I-ой мировой.
Затем довелось жить в Краснознаменске (нем. Лазденен). В начале ХХ в. это было совсем небольшое поселение. Его украшением является сохранившаяся лютеранская кирха (сейчас храм русской православной церкви). В высоком шпиле ее, если приглядеться, видна болванка воткнувшегося снаряда. Раньше я о ней не задумывался и вот сравнительно недавно в разговоре упомянул её в связи с Великой Отечественной, местные меня пристыдили, ибо это снаряд от 1914 г. И показали с другой стороны шпиля ещё одну болванку. О том, что в городе сохранилась братская могила «неизвестных русский воинов», с памятным крестом, поставленным немцами, я уже писал в первой статье. Но местные краеведы пошли дальше. Они утверждают, что казачьи атаки, описанные М.Шолоховым в «Тихом Доне» как раз и были на территории Краснознаменского района. Два года назад в городе поставили памятный знак погибшему здесь ротмистру Бушневу. Также было установлено, что недалеко в пос. Победино воевал поэт Серебряного века Николай Гумилёв. (3) И там по этому поводу во дворе школы установили памятный знак.
В брошюрке «Путешествуйте по Калининградской области» (1961) нашёл: «В Советске посмотреть… кладбище 485 солдатам и 30 офицерам русской армии, погибшим в плену в 1914-1918 годах…» Советск – это бывший Тильзит, где проигравшие войну императоры России и Пруссии в 1807 г. подписали союзнический мир с Наполеоном. Я многократно там бывал, но, к сожалению, то кладбище не видел, поэтому ничего о нём сказать не могу. Среди малоярославчан есть люди, которые жили в Советске и вспоминают этот город с ностальгией.
Кто-то может возразить, мол, что ты нам всё про кладбища, да про кладбища. Не принимаю возражений – это в первую очередь русские воинские захоронения. А много читатели знают сохранившихся на территории СССР (затем России, Прибалтики, Украины, Белоруссии) немецких воинских захоронений I-ой мировой? Я лично ни одного.
А что же Малоярославец? Вот то, что призванный в Малоярославецком уезде на фронт I-ой мировой Г.К.Жуков стал Маршалом Победы, знают все. Призван он был в 1915 г., служил младшим унтер-офицером (младшим сержантом) в кавалерии, был контужен, награждён двумя Георгиевскими крестами.
Но также известно, что 8 октября 1941-го в один из самых тяжёлых периодов войны в здании районной администрации Жуков встретился с командующим Резервным фронтом маршалом С. М. Будённым. Легендарный командарм 1-ой конной воевал ещё в русско-японскую, прошёл всю I-ю мировую на германском, австрийском и кавказском фронтах, старший унтер-офицер, имел полный «георгиевский бант» (четыре Георгиевских креста и 4 медали). Как-то его оскорбил и ударил вахмистр (старшина), Будённый ударил в ответ, за что был лишен первой награды – креста 4-й степени. Потом был награждён им повторно.
В это же время в 37-м Малоярославецком укрепрайоне 43-й армией командовал генерал-лейтенант С. Д. Акимов, тоже участник войны с 1916 г., прапорщик (младший лейтенант).
Сменивший его на посту командующего армией и освободивший Малоярославец от гитлеровцев генерал-майор К. Д. Голубев в армии с 1915 г., закончил Телавскую школу прапорщиков, командовал ротой на Юго-Западном фронте.
В юности мне довелось, так или иначе, несколько раз общаться с участниками I-ой мировой. В память врезался такой эпизод. В 1980 г. я служил замполитом роты в Забайкалье. Как-то ко мне обратился ефрейтор М. с просьбой отпустить его в отпуск. Отпуск для солдата в то время был лучшим поощрением. Служил он так себе, и я ответил, что в отпуск ему рановато. Тогда он рассказал, что его дед, участник Империалистической, Гражданской и Великой Отечественной, уже очень стар, болеет, живёт одиноко в посёлке, у него совсем нет дров и помочь ему некому. Я предложил иной вариант: подготовил соответствующее письмо в райком партии и в военкомат, командир части его подписал. Через какое-то время ко мне подходит М. и протягивает письмо, написанное на тетрадном листке нечётким почерком. Некоторые буквы были в разводах, т.к. писалось письмо химическим карандашом. Дед писал, что ему не просто привезли дрова, а аккуратно попиленные, чтобы было легко рубить, приходили какие-то начальники, ещё какую-то помощь оказали. Он уже смирился, что никому не нужен, а теперь при случае снова стал бы воевать за родную советскую власть. А разводы на буквах были его высохшие слёзы. Читая, сознаюсь, у меня горло перехватило, а внук его потом отпуск заслужил.
В прошлом июне довелось побывать в турецком Измире. В его курортном спутнике Кушадасы довелось увидеть братскую могилу турецких воинов I-ой мировой. На плите из чёрного мрамора они были перечислены по-фамильно, и у всех год смерти указан 1915. Могила содержалась в полном порядке.
И в заключение, пожалуй, стоит добавить, что мой дед Исаченко Трофим Андреевич из нищей брянской деревни Кашовка Суражского района так же был призван на ту войну. Семейная память не сохранила каких-то её боевых подробностей, но осталась фотография, в которой он с товарищем сфотографирован в форме солдата царской армии (на ременной бляхе двуглавый орёл).

Александр Исаченко

Р.S. В «Маяке» за 2.08.13 г. была опубликована статья научного сотрудника музея 1812 г. А.Выпряжкина «В канун столетия». Оказалось, что в архивах можно много чего найти интересного про участие наших земляков в I-й мировой. Я расцениваю её даже не как начало, а как подступление к началу раскрытия малоярославецкого участия в войне. В дальнейшем должны быть установлены и конкретные фамилии, и какие-то факты, события. И среди них кто-то из наших современников найдёт фамилии своих родных, чтобы гордиться ими и нашим славным городом.
Примечания.
1. Антонеску – фашистский диктатор Румынии.
2. Кто-то скажет, мол, отсталая Румыния нам не пример. Но если мы зададим вопрос малоярославчанам, чью сторону занимали Япония и Италия в I-й мировой войне, то многие ли дадут правильный ответ? Сомневаюсь. Являясь нашими врагами во II-й мировой войне, они были союзниками в I-й. Кстати, японское правительство в 1914 г. так мало информировало народ о войне, что британский офицер М.Кеннеди, посетив японскую глубинку, был поражён тем, что крестьяне, с которыми он разговаривал, вообще не знали, что их страна воюет.
3. Многие поэты того времени писали военно-патриотические стихи, но только двое пошли добровольцами на фронт. Один из них Н.С.Гумилёв. Он был зачислен вольноопределяющимся в лейб-гвардии уланский полк, который в ноябре 1914 г. был переброшен к Вост. Пруссии. 19 ноября первый бой, а накануне Гумилёв участвовал в ночной разведке, за которую приказом по корпусу был награждён Георгиевским крестом 4-й степени и повышен в звании до ефрейтора. А через несколько дней был произведён в унтер-офицеры.

Читать на сайте Малоярославец-информационный портал

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.