Семь посланий мэру! (от Тонино Гуэрра)

Перечитала и не смогла выкинуть ни одно из посланий :) настолько перекликается это с историей и нашего городка: здесь и о центре города, и о бездомных собаках, и о велосипедах, и о лесах насекомых, о прекрасном прошлом городка и пугающей современности…
вобщем, читайте эти семь жизнеутверждающих посланий от истинно любящего горожанина — Тонино Гуэрра, этого великого итальянца, ушедшего от нас прошлой весной… Дай, Бог, нам быть такими же искренними и незлобными!

СЕМЬ ПОСЛАНИЙ

мэру моего родного городка и всем другим мэрам,
написанных мною, Тонино Гуэррой, гражданином Сантарканджело


1. Господин мэр!

Эта площадь, вернее, эти стены остались прежними. А вот жизнь со
временем изменилась. Мне придется начать издалека, чтобы добраться до сути
моих посланий. Раньше здесь были поля и сады, а потом это место отгородили
для поселян, оставивших свои средневековые домишки на холме. И тогда все
бабочки и жуки, осы и птицы покинули этот островок, ставший перекрестком
для встреч и рукопожатий, для машин и велосипедов. Помнится, в детстве я
еще видел, как ветер вздымал на Центральной площади пыль, а зимой сне
что-то шептал небу и приглушал шумы. Тогда люди стояли на площади,
прислонясь к стенам домов либо под портиками, и любовались этим
праздником, _объединявшим тела и сердца_. Теперь порадоваться этому чуду
можно лишь из узких прямоугольников окон и через стекла машин. Кто
способен собрать нас на Центральной площади? Какой набат может созвать
нас, чтобы мы, как прежде, все вместе насладились этим дивным зрелищем?
_Снег — не для одинокого человека_, засевшего в своей клетке страха.

2. Господин мэр!

Однажды на этой площади _пасся лев_, сбежавший из цирка «Орфей». Он до
смерти напугал охотничьих собак своим запахом дикого зверя. Тогда все
ружья городка высунулись из окон и открыли огонь по льву, величественно
возлежавшему под памятником павшим, словно он и сам был частью
скульптурной группы или же подражал позам каменных львов, которых мельком
видел перед порталами старинных соборов. Льва поджарили и съели, и жители
моего Сантарканджело, сытые и довольные, беседовали об Африке, сидя на
стульях у дверей кафе. _Так что же мне, дожидаться, пока появится
носорог_, чтобы снова увидеть счастливое единение городка?

3. Дорогой мэр!

Я помню эту площадь в августе 44-го. Тогда по ней шли и шли волы,
которых немцы гнали в Равенну, чтобы потом разделанными отправить в города
оголодавшей Германии. Когда залитая солнцем площадь опустела, на ней
остался лишь сухой навоз, и в этом общем горестном смятении живодер, по
приказу коммунальных властей, упорно пытался поймать бродячую собаку.
_Какое нелепое подобие порядка в этом истерзанном мире!_ Я прятался за
колонной, и мое сердце полнилось любовью к собаке, которая рылась в густом
навозе, ища еду. Вот-вот веревка с петлей взовьется в раскаленном воздухе,
но я криком вспугнул пса, и он понесся к реке. Но тут винтовка фашиста
уперлась мне в спину, и я поплелся по площади, заарканенный _безграмотным
наемным убийцей_. Тогда безлюдье на Центральной площади было понятным.

4. Господин мэр!

После войны пыльный товарный состав высадил меня на станции, и я, _с
таким опозданием вернувшийся из неволи_, отправился пешком домой. У дороги
оркестр играл победные марши, а возле памятника павшим люди мочились в
надраенные до блеска сапоги, снятые с недавних мучителей. Из дома я сразу
же пошел на Центральную площадь и здесь впервые увидел неоновые трубки и
еще у дверей двух кафе металлические стулья, вместо прежних — складных, из
дерева. Но люди опять сидели на этих стульях, собравшись вместе, чтобы
начать новую жизнь. Несколько лет спустя многое изменилось: _ворон
распластал в небе черные крылья_, и в уши к нам со свистом ворвался страх.

5. Господин мэр!

Я по-прежнему меряю все расстояния от Центральной площади. Даже когда
уезжаю в Москву или в жаркую Грузию, я отсчитываю расстояние от
Центральной площади. Ведь я знаю, что те километры, которые я в детстве
проделал пешком или на велосипеде от площади до моря, от площади до первых
холмов, и есть самые главные. Что может быть длиннее путешествий
воображаемых либо неподвижных — в кресле самолета?! Но важнее всего первые
километры, отмеренные ногами, я и сейчас долго думаю, прежде чем пуститься
в путь от площади до моря. Легче принять решение отправиться на экватор
или на Северный полюс — ведь эти расстояния принадлежат магии. _А вот
десять километров — бесконечны_. Центральная площадь — сердце всего
пространства, которое я получил в дар, как и ты, мэр, и многие другие.
Потому я и прошу тебя выйти на балкон и внимательно поглядеть на этот
прямоугольник, столь важный для твоей и нашей судьбы. Этот отправной пункт
и пункт назначения, с которым мы постоянно сверяем свою жизнь, _не должен
быть заброшен_, ему необходима твоя искренняя, горячая забота. И сейчас
более, чем прежде, ибо сплошная людская пустыня простирается там, где люди
привыкли, встречаясь, обнимать друг друга. Страх, который скорпион принес
на своем ядовитом хвосте, ухмыляется из-за угла каждого дома. Надо нам
выйти из-за угла и снова собраться на площади. Страх — друг телевизоров и
семейного эгоизма. Мы пережевываем мясо и экранные образы, а тем временем
голос из бездушного механизма пытается _заполнить молчание_ между мужчиной
и женщиной, между родителями и детьми. Нет, надо вернуться туда, где
раздаются наши голоса, а образы порождены нашей фантазией.

6. Господин мэр!

Вчера мне снились один за другим коротенькие сны. Каждый раз возникала
Центральная площадь, но застроенная по-разному. В первом сне дома, как в
былые времена, окружали огород. И я подумал: а не убрать ли булыжную
мостовую и _не засадить ли вновь этот прямоугольник чесноком, капустой,
подсолнухами?_ Я видел, как мои односельчане шли по тропкам между грядок и
наклонялись, чтобы проверить, созрели ли уже овощи. Люди улыбались друг
другу, обменивались листочками зелени. Потом площадь приснилась мне такой,
какая она сейчас. Но там было еще одно деревце — вишня на самом краю. На
ней за короткое мгновение появлялись листья, цветы, потом ягоды, и наконец
дерево вновь обнажалось, становилось темным узором ветвей на снегу. И
тогда я сказал себе: _это возможно_. Как и другие маленькие чудеса.
Хмурые, серьезные дубы могли бы на рождество украситься сверкающими
каплями — крохотными светлячками, и тогда мы были бы вправе сказать, что
на Центральную площадь упали звезды. Да, звезды, а не пластиковые шары
наподобие каких-то ядовито-синих плодов. И еще мне снилось многое другое.
_К примеру, музыка_. Ну хотя бы воскресным утром, часов в одиннадцать. А
может, и каждый день, когда чьи-то одинокие шаги приводят сюда вечер и
туман окутывает пеленой высокие фонари. Пусть тогда из громкоговорителей,
спрятавшихся в ветвях, зазвучит вальс Фаини или Штрауса. Чтобы править,
надо снова стать ребенком.

7. Дорогой мэр!

Настало время _прислушаться к голосам, которые кажутся бесполезными_.
Нужно, очень нужно, чтобы в твоей голове человека делового, в голове,
полной забот о канализационных трубах, школах, приютах, асфальтовом
покрытии для улиц, лекарствах, больничных койках и прочих материальных
нуждах, _зазвучал гул насекомых_. Молись за то, чтобы на площадь прилетели
аисты или яркокрылые бабочки, ведь ты должен обратить нас всех к большой
мечте, должен крикнуть: _мы воздвигнем пирамиды_. И неважно, что мы их
никогда не воздвигнем. Главное — пробудить желание, разбередить души:
расстелить их, словно огромную простыню, и дергать. И вот уже прилетело
облако бабочек, вот уже все мы оставили свои удобные кресла и узенькие
бинокли окон. Мы возвращаемся на площадь, чтобы вместе насладиться этим
зрелищем. _Великое наслаждение_ в том и состоит, что мы впитываем в себя
чужую буйную радость. Только так может ожить прекрасная сказка нашего и
твоего Городка.

4 комментария

folga
насколько я знаю, Тонино осуществил свою мечту — в своем городке он придумал ежегодный праздник на Центральной площади…
folga
Удивительно, но всё, что я хотела было сказать полтора года назад, когда начали строить палатки у Аксеновского универмага, умещается в 5-м послании… вот:

Центральная площадь — сердце всего
пространства, которое я получил в дар, как и ты, мэр, и многие другие.
Потому я и прошу тебя выйти на балкон и внимательно поглядеть на этот
прямоугольник, столь важный для твоей и нашей судьбы. Этот отправной пункт
и пункт назначения, с которым мы постоянно сверяем свою жизнь, _не должен
быть заброшен_, ему необходима твоя искренняя, горячая забота.

вообще, все послания эти о ЦЕНТРЕ ГОРОДА. а, значит, нАша тема.
folga
а в конце:
Чтобы править,
надо снова стать ребенком.
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.