Хи-хи

Face
Антонида Олеговна
35 лет, Хабаровск
24 июл
ДРУЗЬЯ ПРОЧТИТЕ ЧУТЬ СО СМЕХУ НЕ УМЕР!!!
Прихожу сегодня на оперативку. Все уже на месте сидим ждем Палыча (нашего дражайшего капитана). Залетает…
—Вашу мать! Кто вчера в опергруппе дежурил?!!!
— А что случилось? В чем дело?
Смотрю, Палыч окончательна озверевает:
— Кто вчера в опергруппе дежурил?!!!
Встает Кудряш:
— Я, товарищ капитан.
Палыч:
— Ты на вызов ездил!
Кудряш:
— Так точно, товарищ капитан.
Палыч:
— Покойницу забирал!
Кудряш:
— Забирал…
(смотрю задумчивей все Кудряш становится)
Палыч (с надрывом в голосе):
— НУ?!
Кудряш:
— Николай Павлович, ну я её это… в морг отвез, там сторож один был, мне её пришлось самому затаскивать. (сторожа в нашем приюте по обыкновению в умат пьяные).
Палыч:
— Ты дальше рассказывай лейтенант.
Кудряш:
-Ну в морге мест не было… А она ведь старушка, не мог уж я её на пол бросить… Ну я её на стул посадил около сторожа, а она сползает… Я верёвкой её и привязал, в одну руку ей паспорт положил, в другую постановление на вскрытие…
К моменту когда Кудряш закончил ржали уже все, именно ржали.
Палыч:
-Мало того, что сторож ей всю ночь анекдоты рассказывал, так с утра пришла уборщица, тоже бабка кстати… попросила твою бабку чтобы она ноги подняла, бабка молчит… уборщица подумала, что бабка заснула и толкнула ее ноги шваброй, когда уборщица поняла, что бабка умерла, то она сразу потеряла сознание и падая зацепила документы, которые аккурат упали на уборщицу… Санитары думая, что уборщица и есть покойник, так как документы лежали на ней. Погрузили ее на каталку и отвезли на вскрытие, где ее раздели и положили на стол для вскрытия. В это время, пришли студенты 1 курса с медучилища, присутствовать при вскрытии, окружили уборщицу и преподаватель собираясь сделать первый надрез, повернул уборщице голову, в этот момент она открыла глаза и очнулась. В обморок упали все, даже преподаватель.

4 комментария

horovodovodoved
Михаил Веллер.

Голова.
Если медик циничен в силу профессии, то первокурсник — еще и в силу возраста. Шик первокурсника не просто позавтракать в анатомичке, но желательно облокотившись на выпотрошенный труп. Так устанавливаются нормальные рабочие отношения с бренной людской плотью. А уж санитарить в морге — законная студенческая халтура. Своя бравада в каждом деле. Правила высшего уже тона, аристократического, рекомендуют студенту иметь дома череп. Не муляж, а настоящий; атрибут священного и древнего ремесла медицины. Как наглядное пособие он полезен, чтобы учить кости черепа, коих числом — непосвященные и не подозревают — сто двадцать семь. Одновременно он является изысканным украшением интерьера и хорош как подсвечник, пепельница, пресс-папье и чаша для вина на пьянках с обольщением девочек. Вещь в хозяйстве ценная. Он и денег стоит ощутимых. Студент и деньги — вещи совместимые редко и ненадолго. И наш студент решил обзавестись сим необходимым предметом просто и бесплатно. Наш студент подрабатывал в анатомическом театре. Анатомический театр отличается от просто театра тем, что умершие от скуки во втором развлекают посетителей в первом. В чане с формалином, где плавали годами препараты, наш студент облюбовал подходящую бесхозную голову и в удобный момент ее выудил. Он аккуратно упаковал голову в полиэтиленовый пакет, обернул газетами и уложил в мешочек. И втихаря вынес. Через город в час пик путешествие с головой доставило своеобразные ощущения. В трамвае просили: да поднимите вы свою сетку, на улице интересовались: молодой человек, не скажете, где вы купили капусту; и тому подобное. Он снимал комнату в коммуналке, в общаге места не досталось. И дождавшись вечером попозже, когда соседи перестали в кухне шастать, он приступил к процессу. Налил в кастрюлю воды, сыпанул щедро соли, чтоб ткани лучше отслаивались, погрузил полуфабрикат и поставил на плиту, на свою горелку. Довел до кипения, сдвинул крышку (можно списывать рецепт в книгу о вкусной и здоровой пище), полюбовался, и удалился к себе. Лег на диван и стал читать анатомию, готовиться к зачету. С большим удовольствием повторяет по атласу кости черепа. Тем временем выползает по ночным делам соседка со слабым мочевым пузырем. Соседка — она любопытна по своей коммунальной сущности. Особенно неугомонна она до студента. А кого он к себе водит? А с кем он спит? А сколько у него денег? А что он покупает? А чего это он вдруг варит, на ночь глядя, да в такой большой кастрюле? он отродясь, голодранец, кроме чайника ничего не кипятил, по столовкам шамает. Оглядывается она, приподнимает крышку и сует нос в кастрюлю. И тихо валится меж плитой и столом. Обморок. Нюхнула супчику. Неожиданное меню. Там и сосед вылезает, попить хочет, перебрал днем. Видит он лежащую соседку, видит кипящую кастрюлю, парок странноватый разносится. Что такое? Окликает соседку, смотрит в кастрюлю… А на него оттуда смотрит человечья голова. Дергается он с диким воплем, смахивает кастрюлю, шпарится кипятком да по ленинским местам, орет непереносимо, а кастрюля гремит по полу, и голова недоваренная катится. На этот истошный крик хлопают все двери — выскакивают соседи. И что они видят: Сосед выпученный скачет, как недорезанный петух, и вопит, как Страшный Суд. Соседка лежит промеж плитой и столом кверху задом, так, что на обозрении только ноги и немалый зад, а верха тела за ним не видно, заслонено. А на полу в луже валяется обезображенная, страшная голова. И все в ужасе понимают так, что это соседкина голова. И тут в пространстве гудит удар погребального колокола, и потусторонний голос возвещает: — Это моя голова!.. Тут уже у другой соседки случилось непроизвольное мочеиспускание. Прочие посинели и воздух хватают. А это студент, сладко усыпленный анатомией, вздрыгнулся от кухонного шума, в панике чуя сердцем неладное тоже вылетел, в темноте коридора тяпнулся впопыхах башкой с маху об медный таз для варки варенья, который висел на стене до будущего лета, и в резонанс проорал упомянутую фразу не своим от боли голосом, искры гасил, которые из глаз посыпались. Хватает студент голову, дуя на пальцы кидает ее в кастрюлю, возвращает на плиту, материт всердцах честную глупую компанию. Соседу спускает штаны и заливает ожоги растительным маслом и одеколоном, остатками одеколона соседке трет виски и шлепает по щекам, она открывает глаза и отпрыгивает от него, людоеда, в страхе за людей прячется. Студент молит и объясняет. Соседи жаждут кары. Звонят в скорую — через одного плохо с сердцем. Ошпаренному особенно плохо на полметра ниже сердца. Обморочная заикается. Заикается, но в милицию звонит: а ну пусть разберутся, чья головушка-то!… Обычно реакции медицины и милиции совпадают, но здесь разошлись решительно. Эскулапы валялись от восторга и взахлеб вспоминали студенческие развлечения; милиция же рассвирепела и приступила к допросу с пристрастием и даже применением физического воздействия: дал старшина анатому в ухо, чтоб вел себя потише и выглядел повиноватее. С гигантским трудом удержался он в институте, оправдываясь безмерной любовью к медицине и почтением ко всем ее древним традициям. Голова вернулась в анатомичку, студента же с работы в анатомичке выгнали, разумеется, с треском; и со стипендии сняли на весь следующий семестр. К слову уж сказать, зачет по анатомии он с первого захода завалил. Балда.
agrischa
Похожий анекдот:
Профессор со студентами мединститута пришел в морг и говорит- а сейчас предлагаю тест на брезгливость и внимательность. Берет палец и засовывает в задний проход трупу, студенты делают то же самое вслед за ним. Профессор берет палец и засовывает себе в рот, студенты повторяют за ним. А теперь на внимательность — и вынимает изо рта чистый палец.
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.