Бывший вице-премьер Сергей Шахрай об осетино-ингушском конфликте и войне в Чечне

Почему в 1994 году не удалось аналогичным образом договориться с Чечней?

Видимо, в Казани в то время были более мудрые и зрелые политики, чем в Грозном. Думаю, в Татарстане не было и другого фактора, неожиданно проявившегося после наших переговоров с Дудаевым.

В октябре 1992 года после подписания Грозненского протокола у нас было ощущение, что чеченская проблема близка к решению. Но спустя несколько недель в Москву прилетел Зелимхан Яндарбиев, который в частном разговоре со мной неожиданно разоткровенничался. Он прямо заявил: «Никакой договор мы сейчас не подпишем. Он нам сейчас не нужен, потому что чеченцы до сих пор остались разрозненным родоплеменным обществом, где все решают тейпы». Когда я в изумлении спросил: «А как же Дудаев, вы же его сами избрали президентом?», Яндарбиев ответил, что Дудаев мало чего решает, поскольку он выходец из неавторитетного тейпа.

Дальше он сказал главное: «У нас есть только один путь создания единой чеченской нации — война с Россией, которая сплотит всех чеченцев и уничтожит все сословные перегородки внутри нашего общества. И только после окончания этой войны мы подпишем с Москвой самый демократический и справедливый договор».

Если Россия ослабнет, то запылает весь Кавказ

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.