Зоя Космодемьянская: Вторичная казнь не прошла

8 комментариев

SgtPepper
Наверняка в Петрищеве встречали немцев хлебом-солью. Надо уточнить у Татьяны Михалны.
kev
Я легко могу себе представить реакцию крестьянина, которому поджигают дом.
SgtPepper
Крестьянину своя хата ближе к телу.
kev
У него семья. И эту семью на мороз!
SgtPepper
Как можно судить крестьян образца 1941 г. сидя в 2016 г. на тёплом диване?
vashchenkov
Людям, где-то жить надо. Моя бабушка в детстве прожила одну зиму в землянке. На смоленском смоленском фронте. При этом так получилось, что советский фронт не дошёл осенью 42 до них совсем «немного». И ждали уже весны — лета 43го.
Готов ли был конкретный крестьянин уйти из своего дома, правильно сделать схрон с вещами, чтобы они сохранились, умудриться не попасть в плен при отступлении немцев. Об этом тоже не стоит рассуждать сидя на диване в 2016 году.
Prozorov
Это вообще «фишка» истории: из дня сегодняшнего судить как и что надо было… а вот представить,… что бы каждый из нас делал сидя предположим с трехлинейкой у лесной развилки дорог по которой шли молодые, лыбящиеся, с закатанными по локоть рукавами, уверенные в своей правоте мужики... 
Но ведь большинство не уползало молча в лесную кущу…  и именно этим дало возможность нам нынешним дискутировать...
Так не будем же НЕ БЛАГОДАРНЫ!
 
 
«Мы погибли бы, если б не погибали!..»
                                                                 Фемистокл
SgtPepper
Не совсем про Космодемьянскую, скорее про окружавших её крестьян: О коллаборационизме.
 
Я не считаю коллаборационизм чем-то хорошим per se, однако полагаю его приемлемой стратегией. В первую очередь потому, что его так хают.
 
Если какую-то стратегию адаптации к окружению Вам стараются исключить из рассмотрения превентивно, значит, у навязывающих это исключение есть интерес в ограничении Вашей свободы. А таким людям я не очень бы доверял.
 
Исключение из рассмотрения, кстати, основывается именно на обесценивании доверия к коллаборационисту, причём обесценивании заведомо некорректном: на основании сотрудничества с неприятелем коллаборациониста обвиняют в предательстве, то есть в намеренном нарушении условий хранения доверенной ему ценной информации, влекущем тяжкие последствия для одной из сторон конфликта.
 
Это весьма разные вещи.
 
С одной стороны — да, сотрудничество с врагом и предательство своих часто идут рука об руку, особенно в формате «сведения счетов»/«мщения прежним угнетателям».

С другой стороны, никакой однозначной связи между этими двумя вещами нет. Можно работать по найму в комендатуре, прочно догадываясь о том, что сосед связан с резистансом, и при этом спокойно получать деньги от оккупантов, не выдавая им соседа.

Предательство победившей стороны (если предана сторона проигравшая, то апостериори название поступку подберут поприличнее) становится необходимым только тогда, когда субъект находится в области явного и скоротечного конфликта интересов — смею заверить, в искусстве этим ситуациям уделено места непропорционально много сравнительно с их присутствием в жизни.

Поэтому умный/смекалистый коллаб, способный предугадать такую ситуацию и вовремя устраниться из неё, — как правило, такое верно на небольших должностях или вообще внизу, «в толпе» — может избежать предательства вообще, так что потом ему можно верить, несмотря на.

Общество, в котором достаточно умных коллабов, обладает лучшими шансами на восстановление после «освобождения». Верно и обратное: общество, упоротое на предмет «карать пособников» без понимания того, что такое «пособник», после «освобождения» рискует коллапсом.

Разумеется, для тотальной войны, когда всякий вздох есть действие в пользу одной из сторон, изложенное рассуждение неверно. Впрочем, тотальной войны иначе, нежели в пропаганде, не бывает. В жизни всё несколько расплывчатее.

К сожалению, коллаборационизм не имеет однозначно сопоставленной себе публичной идеологической компоненты, открыто соревнующейся с другими идеологиями: она вредна тем, что в случае войны увеличивает предсказуемость общества, где обосновалась — и потому всякий зародыш соответствующей доктрины подавляем.

Однако это означает, что идеология коллаборационизма вполне себе может существовать под другим именем в таких странах и обществах, которые покорить технически затруднительнее, чем обычно (скажем, не доплыть). И, существуя, она может быть экспортирована вовне в страны, которые покорить легче… экспортирована под другими, зазывными наименованиями.

«Какая у этой басни мораль? А морали нет никакой»© Я думаю, что каждый разумный человек должен прикинуть на себя стратегию коллаборационизма «в случае чего»: не для того, чтобы предать, и даже не для того, чтобы в том самом «случае чего» этой стратегии следовать.

Но.

Как минимум для того, чтобы ещё до войны распознать ту же стратегию в красивой зарубежной (вариант: в домотканой своей) упаковке с совсем другими словами на разноцветной бумаге. А как максимум, чтобы не расходовать своих коллабов зазря после войны. Пусть работают. Лабают.

Не говоря уж об очевидном резоне: «некоторые вещи, которые я запрещаю другим, я могу делать, потому что я это делаю».

Спасибо за внимание.

ПостСкриптум. Ах да. Помимо прочего это был пост о национальном примирении «красных» с «белыми», об отношении к «умеренным украинцам» и т. п… Хотя, вероятно, читатель всё и так понял.
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.