Блеск и нищета агитки

Пропаганда не стоит на месте. Она эволюционирует и усложняется. Значит, нас держат не совсем уж за дураков. Хотя и не сказать, что за сильно умных. Казалось, набивший оскомину советский агитпроп ушел из нашей жизни навсегда. Но и четверти века не минуло, а политики уже хором обвиняют друг друга в использовании грязных манипулятивных приемов. И не без основания: пиар действительно принимает порой формы очень далекие от корректной риторики. История повторяется.

Возможна ли вообще пропаганда интеллигентная, остающаяся в нравственных рамках, если она по природе своей призвана внедрять в массовое сознание «единственно правильную» версию происходящего? Пожалуй, не будем здесь сами пропагандировать враждебное отношение к пропаганде, а просто рассмотрим некоторые отечественные кинематографические примеры из этой сферы.

Почему кино? Потому что ничего эффективнее и зрелищнее еще не придумали. Вспомним роман Виктора Пелевина «S.N.U.F.F.», где экран – это бог, формирующий людей по своему образу и подобию. А кинокамеры совмещены с ракетными установками – чтобы не только снимать, но и самим создавать кровавые новости. Фантастика, конечно. Но Джордж Оруэлл – тоже не реалист.

«Советские игрушки» (1924)



Картина Дзиги Вертова – один из первых ярких примеров пропагандистского кино. Черно-белая экранизация политических шаржей художника «Окон сатиры РОСТА» Виктора Дени, опубликованных в газете «Правда», не призывает к борьбе, а празднует победу Советов над монархией.

Показанный в фильме свинообразный буржуй чревоугодничает, развлекается с женщинами и прибирает к рукам государственные богатства. Безобразный и аморальный тип, превращающийся то в свинью, то обратно в человека, символизирует полное разложение. Ему прислуживают священники – карикатурные антагонисты новой власти, представленной образами крестьянина, рабочего и красноармейца. Разумеется, эти три персонажа воплощают добро, красоту
и силу.

Уже в ранних лентах-агитках проявляются общие свойства жанра – четкое деление на врагов и друзей, отсутствие полутонов. В этом и сила пропаганды (упрощенная огульность побивает риторическую заумь), и ее слабость (люди, склонные к анализу, «развесистой клюквой» брезгуют).

«Если завтра война» (1938)



В 1938 году мало кто в Советском Союзе сомневался, что война не за горами. Именно тогда стали появляться первые фильмы на эту тему. Над самым известным из них не глумился в годы перестройки только ленивый. Правда, саму картину к тому времени помнило только старшее поколение. В кинотеатрах и по телевизору ее не показывали. Особенно издевались над песенной строчкой «И на вражьей земле мы врага разгромим малой кровью, могучим ударом». Врага действительно разгромили «на вражьей земле», но, увы, кровью совсем не малой. Пропагандистское пророчество не сбылось. Цена вопроса – миллионы жизней.

На какие-то художественные достоинства «Если завтра война» и не претендует. У картины есть подзаголовок – «Батальный фильм на хроникальной основе». Сюжета в привычном понимании этого слова почти нет. Зато есть масштабные съемки на маневрах. Правда, пришлось нарисовать свастики финского образца на стареньких танках МС-1, а солдатам, изображающим противника, выдали каски, скопированные с французской «адриановской» времен Первой мировой. На привычных «киношных» немцев действующие лица не похожи, хоть и говорят по-немецки. Но тогдашний зритель мгновенно схватывал, кто есть кто. Подобие сюжета укладывается в одну фразу: на нас напали и горько об этом пожалели. «Полетит самолет, застрочит пулемет, загрохочут могучие танки. И линкоры пойдут, и пехота пойдет, и помчатся лихие тачанки».

Пропаганда предвоенного и военного времени – особого свойства. Она – в какой-то мере «лекарство», помогающее пережить сложные времена.

«Журнал политсатиры № 2» (1941)



С началом Второй мировой войны советская пропаганда стала прицельно бить по Германии и лично Адольфу Гитлеру. Группа авторов (Зинаида Брумберг, Александр Иванов, Валентин Брумберг, Ольга Ходатаева, Иван Иванов-Вано) создает серию агитационных мультфильмов «Журнал политсатиры № 2». Задача мультиков – призывать к борьбе с немцами всеми возможными способами. Основные персонажи – карикатурные изображения противника. Главный из них – Гитлер, предстающий то зловещим шизофреником в рогатой шапке викинга, то жалким карликом, скачущим по карте мира. Образ фюрера концентрирует в себе всю ненависть, которую стремятся пробудить в зрителях авторы фильма. Немецкие шпионы и диверсанты показаны ничтожными и коварными. Положительные герои в «Журнале» – исключительно бойцы Советской армии. Слово «Гитлер» – синоним мирового зла, оно произносится с отвращением.

Если раньше агитпроп просто смещал акценты, то теперь он предлагает модель правильного поведения – сплотиться против врага. Катализатором служит ненависть. Именно в годы войны и без того агрессивная по природе политическая пропаганда становится особенно кровожадной.

«Пусть торжествует жизнь» (1961)



В киноленте обобщается практически весь опыт советской пропаганды. Одним из основных фронтов становится религия. Как и многие другие фильмы, этот построен на контрасте. Вначале снят благополучный день в Саратове. «Прекрасна жизнь», – вдохновенно произносит диктор. И огорченно добавляет: «Но и у жизни есть враги». Таковыми оказываются «свившие гнездо рядом с домами тружеников фанатики и мракобесы, члены секты христиан веры евангельской». Баптисты показаны не в лучших ракурсах – в кадр пойманы выражения лиц, вызывающие неприязнь, отторжение. Основное пространство фильма – здание суда, олицетворяющего советское общество, которое справедливо карает провинившихся. Робкие и усталые подсудимые противопоставляются жизнерадостным зрителям процесса, хохочущим при любом упоминании бога и церкви. Этот смех – глас народа. Религиозность порицается как пережиток буржуазного прошлого. Верующие – это инакомыслящие, «враги жизни», которых можно и нужно ненавидеть.

Прошло всего полвека, а на телеэкранах мы уже наблюдаем порой абсолютно зеркальную ситуацию.

«Анатомия протеста» и «провокаторы» (2012)



Телевидение остается главной площадкой для политической пропаганды. Печать и радио тоже задействованы, но явно уступают движущейся картинке по влиянию на массовую аудиторию. Самые громкие пропагандистские работы последнего времени – снятая в документальной манере «Анатомия протеста» и претендующий на аналитику фильм «Провокаторы» – представляют собой оперативную реакцию на неприятные для власти события: оппозиционные митинги и антипутинское выступление панк-группы Pussy Riot в храме Христа Спасителя. Оба проекта были сделаны на НТВ и обеспечили этому каналу «звание» главной пропагандистской машины.

Документальность ленты «Анатомия протеста» у многих вызывает большое сомнение. В журнале «Русский репортер» об этом сказано так: «Информационные источники фильма сомнительны: существует распространенное мнение, что съемка проплаченной оппозиционной массовки – изюминка «Анатомии протеста» – это постановочная съемка, срежессированная авторами фильма». Журналист Андрей Лошак высказал «Афише» еще более откровенную мысль. По его мнению, «Анатомия протеста» — это «чистой воды мокьюментари». Таким англоязычным термином часто обозначают фильмы, которым присущи имитация документальности, фальсификация и мистификация.

Бывший сотрудник НТВ, ныне ведущий телеканала «Дождь» Павел Лобков тоже усомнился: «Там есть совершенно «выдающееся» художественное достижение. Знаете, ведь мы тоже пытались снять, как деньги раздают на Манежке. Могу вам авторитетно заявить — это совсем непростая задача. Когда вы даете взятку, играете в наперстки или картежничаете, вы не очень-то склонны к тому, чтобы вас снимали с разных точек. А тут стоит в Сокольниках очередь, и нам дают крупный план, снятый на хороший бетакам. Крупно деньги в руках, все видно, вплоть до номера купюры. И при этом никто никого не гонит. Странно? Более чем».

Сымитированная документальность – не единственный прием современной пропаганды. Есть и псевдоаналитика. В фильме Аркадия Мамонтова «Провокаторы» ведущий в самом начале ставит целью разобраться в произошедшем. Но вместо этого последовательно и безапелляционно разоблачает девушек, устроивших «панк-молебен» против Путина.

В студию приглашены почти исключительно противники Pussy Riot. Осужденные феминистки показаны растерянными, уставшими. С ними не ведут диалог – их допрашивают, автоматически ставя в положение слабого. Акция представлена как демоническое действо, преступление против духа: видеоряд то замедляется, то кадрируется, то с помощью нехитрой обработки на кадры наползают черные змеи – символ дьявольщины и кощунства.
Об анализе этого события с позиций разных культур и представлений о религии не может быть и речи. Ведущий заведомо ассоциирует себя с христианским миром, приравниваемым к миру вообще. Других нет и быть не может. Автор призывает не прощать, а сражаться за веру.

Вернемся к фильму «Пусть торжествует жизнь». Там – все с точностью до наоборот. «Враги» – христиане, «свои» – атеисты. Бороться призывают с верующими – опять же, чтобы очистить общество от скверны.

Обе современные работы, отдадим им должное, все же не шиты белыми нитками. Что делает их изящнее, но вместе с тем изощреннее и коварнее. Тот же Павел Лобков в интервью журналу «Афиша» говорит: «На самом деле уровень профессионализма и исполнительского мастерства сейчас, конечно, повысился. Если раньше были огромные куски лжи и огромные куски правды, и все это было грубо перемешано, то сейчас, напротив, порублено на славу. Их Геббельсы могут похлопать их по плечу и сказать: «Дас ист фантастиш». Если в Москве этот фильм вызовет массу отторжения от НТВ, то в провинции может и сработать. Для того чтобы понять, где там белое, а где черное, нужно все-таки знать контекст».

Текст: Екатерина Задохина

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.