Дэвид Браун: «Мы мечтаем построить корабль»

Второй раз благодаря «Клубу живых» в наш город приехала легендарная американская группа Brazzaville. на этот раз – в рамках мирового тура, посвященного 15-летию группы. Почему ее лидеру Дэвиду Брауну, которого ждут с распростертыми объятиями лучшие клубы мира, приглянулась наша скромная провинция – загадка.

-

Руководитель «Клуба живых» Мария Ивановская склоняется к мысли, что Дэвиду понравилось, как его здесь кормят. Спустя год он напомнил Марии, что ее запеченная семга безумно вкусна, и, разумеется, блюдо было приготовлено повторно. Я же подозреваю, что Дэвиду понравилась не столько семга, сколько сама Мария Ивановская. Потому что их музыкальный дуэт прозвучал со сцены «Дома ученых» как-то по-особенному, намного теплее, чем в прошлом году. Впрочем, не надо сбрасывать со счетов и то, что Дэвид Браун – человек мира. Ему, по его собственному признанию, везде хорошо и интересно. А «Клуб живых» сумел мастерски воспользоваться этой философией и заманить к нам звезду.

На этот раз площадкой для концерта был выбран не ДК ФЭИ, а «Дом ученых». Здесь лучше звук, но более пафосная и холодная атмосфера. Поэтому и концерт отличался от прошлогоднего. Он выиграл с точки зрения эстетики, но потерял в эмоциях.

После концерта мы поговорили с Дэвидом о музыке, рае и детях.

– Вы сделали Россию одним из частых мест для своих гастролей. Что вам нравится и что не нравится в нашей стране?

– Есть очень много вещей в России, которые мне по душе. Но, пожалуй, главное то, что русские люди в целом менее склонны к материализму, чем европейцы и американцы. Я не имею в виду богатую верхушку. Я говорю о среднем русском человеке. Для него деньги не имеют такого принципиального значения, как для среднего американца. Мне это импонирует. А вот что мне не нравится и что меня удивляет в русских, так это поведение чиновников. Если человек получил немного власти, он резко меняется и начинает вести себя очень чопорно и надменно. Многие из российских чиновников достаточно грубые и говорят свысока. Я не понимаю, на каких основаниях они так делают. В Америке чиновнику запросто можно сказать: «Слушай, почему ты так себя ведешь?» И это будет воспринято нормально. А с российскими официальными лицами на равных говорить не получается. Очень странно, что вы принимаете подобное поведение как данность.

– Даже название группы Brazzaville – географическое. Вы с самого начала знали, что будете путешествующим музыкантом?

– Не было никакого специального плана. Но я очень люблю путешествовать, мне нравится кочевой образ жизни. И я всегда надеялся, что буду много гастролировать. Так оно сейчас и происходит. Более того, мы хотим изменить привычные формы гастролей. Мы мечтаем построить корабль, чтобы вместе с другими творческими людьми путешествовать на нем и заниматься искусством. Он будет двигаться на отработанном масле, чтобы подтвердить: альтернатива нефти существует. Корабль станет самой прекрасной концертной площадкой нашего времени. Он превратится в глоток свежего воздуха в эру беспроводных модемов и суперкомпьютеров, олицетворяя символ свободы. Корабль покажет нам, что все можно изменить.

-

– Что изменить?

– В последние годы в больших концертах и фестивалях все меньше и меньше жизни. И именно сейчас необходимо событие, которое обогатит и вдохновит всех его участников и даст почву для размышлений тем, кто работает в музыкальном бизнесе.

– Как вам больше нравится передвигаться: на машине, на поезде, самолетом?

– Я очень люблю поезда и самолеты. Они мне нравятся по-разному. И в России я выбираю именно эти виды транспорта. Что касается автомобилей, то я люблю путешествовать на машине только в Америке. Там для этого созданы хорошие условия. Но несколько лет назад я переехал из Лос-Анджелеса в Барселону, и у меня нет своей машины. Я предпочитаю передвигаться на велосипеде или общественным транспортом.

– Как вы думаете, зачем людям музыка?

– Это очень интересный вопрос. Я читал в одной из статей в научном журнале, что изначально музыка собирала людей в моменты стрессов и войн. Люди вместе пели, чтобы объединиться, снять напряжение и пережить трудности. Сейчас люди слушают музыку, чтобы справиться с накопленными эмоциями, трансформировать их в позитивные чувства и облегчить свое душевное состояние. Надеюсь, я помогаю им в этом.

– Мне кажется, все ваше творчество очень созидательное, человечное и миролюбивое. Почему вас заинтересовал один из главных русских музыкантов-бунтарей Виктор Цой? Я имею ввиду ваш кавер на песню «Звезда по имени Солнце».

– Я люблю очень разную музыку: и спокойную, расслабленную, и протестную. Самое главное, чтобы исполнитель был интересный и талантливый. А настроение и манера исполнения могут быть любыми. Мне интересно и важно все, что хорошо сделано.

– Интересуетесь ли вы русской культурой, помимо музыки? Знаете ли наших писателей, поэтов, режиссеров? Есть ли любимые?

– Я не ставлю себе цель познать русскую культуру. Я люблю Россию, люблю здесь бывать, но не изучаю ее специально. Хотя, разумеется, кое-что мне знакомо. Я читал и Достоевского, и Булгакова, и Акунина. Очень хочу познакомиться с творчеством Довлатова и Пелевина, но пока мне их книги не попадались.

– Как вы думаете, какое место на земле больше всего похоже на рай?

– Сложно сказать. Я посетил очень много прекрасных мест. Больше всего мне понравилось в Австралии и на Бали. Но все же ни одно из этих мест я не назвал бы раем. Земля – это земля. Здесь нет рая.

– Как вы проводите свободное время?

– Я люблю плавать, читать, готовить еду и работать в своей студии. Особое удовольствие – проводить время со своей семьей, которая живет в Барселоне.

– Мне кажется, вы очень толерантный человек. Но есть ли в вашем мировоззрении вещи, которые вы не принимаете?

– Это зависит от того, сколько часов я спал. Если я бодрый и выспавшийся, меня практически невозможно вывести из себя. А вот если поспать как следует не удалось, тогда меня раздражают даже мелочи, и я очень зол.

– Что бы вам хотелось передать своим детям прежде всего? А от чего хочется их защитить?

– Я бы хотел передать им те вещи, которым учила меня моя бабушка. Она всегда говорила: «Будь честным и сохраняй достоинство в любой ситуации». Еще ей принадлежит очень интересная фраза: «Во всей вселенной не найдется столько тьмы, чтобы погасить одну свечу».

Что касается защиты своих детей, здесь все не так просто. Как любой отец, я желаю для них идеального мира, но это невозможно. Рано или поздно они станут самостоятельными, выйдут в большую жизнь и столкнутся со всем, что там есть. Они будут получать опыт уже вне родительской опеки. Это тревожит меня, но в то же время я понимаю, что взросление происходит только так. Поэтому я считаю, что лучшая защита, которую я могу обеспечить свои детям – привить им основные человеческие ценности: честность, смелость и доброту.

-

– Выходя на сцену и общаясь со зрителями, вы всякий раз получаете новый опыт? Или испытываете привычные эмоции?

– Каждый момент жизни по-своему особенный и неповторимый. Каждый раз, выходя к аудитории и общаясь с ней, я понимаю, что это уникальный момент и что я – уникальный человек. Я благодарен судьбе, что у меня есть возможность наслаждаться жизнью и дарить радость другим людям. Многие мечтают получать удовольствие от каждой минуты жизни, а у меня это получается, и я это очень ценю.

– Как вам сегодняшний концерт в обнинском «Доме ученых»?

– Замечательно! Мне очень понравилось, несмотря на то, что аудитория была немного скована и замкнута. Но это нормально для подобных залов. Я называю такие мероприятия «сидячими шоу». Конечно, они отличаются от клубных концертов. Но в этом нет ничего плохого. Просто по-другому – более спокойно. А вообще мне нравятся русские зрители. У меня с ними очень хороший эмоциональный контакт.

Вскоре после обнинского концерта Дэвиду предстояло впервые выступить в Калуге. На обратной дороге из Обнинска в Москву русские друзья Дэвида пытались объяснить ему, что собой представляет Калуга. В описании особенностей восточнославянских провинциальных городов дошла очередь до Бобруйска. Тут, разумеется, все местные начали смеяться, а у переводчиков случился коллапс. Ну, как объяснить иностранцу, что такое Бобруйск и при чем тут бобры? Бились, бились – не смогли. И вдруг, бац! Через федеральную трассу шествует бобер. «Дэвид, смотри бобер!» Нарочно не придумаешь. Но теперь лидер Brazzaville наверняка уверен, что русские бобры, комедии, провинции и трассы как-то очень сильно связаны. А как? Умом все равно не понять.

Текст: Екатерина Задохина

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.