1812 год. Партизанское движение в Верейском уезде. Часть 2

Народ против армии Наполеона

3 ноября 1812 года был издан Высочайший Манифест об изъявлении российскому народу благодарности за спасение отечества.

«Верный народ, мещанство и крестьяне показали такие опыты верности и любви к Отечеству, какие одному только Русскому народу свойственны. Они, вступая охотно и добровольно в ополчения, в самом скором времени собранные, явили в себе мужество и крепость приученных к браням воинов. Твердая грудь их и смелая рука с такою же неустрашимостию расторгала полки неприятелей, с какою, за несколько пред тем недель, раздирала плугом поля.

<…> из донесений Главнокомандующего и других Генералов с сердечным удовольствием видели Мы,
что во многих Губерниях, а особенно в Московской и Калужской, поселяне сами собою ополчались, избирали из себя предводителей, и не только никакими прельщениями врагов не были уловлены, но с мученическою твердостию претерпевали все наносимые ими удары. Часто приставали к посылаемым отрядам Нашим и помогали им делать поиски и нападения. Многие селения скрывали в леса семейства свои и малолетних детей, а сами, вооружась и поклявшись пред Святым Евангелием не выдавать друг друга, с невероятным мужеством оборонялись и нападали на появляющегося неприятеля, так что многие тысячи оного истреблены и взяты в плен крестьянами. <…>Толь великий дух и непоколебимая твердость всего народа приносят ему незабвенную славу, достойную сохраниться в памяти потомков!»

Как сообщалось 25 сентября 1812 года в журнале военных действий русской армии, поручик лейб-
гвардии Измайловского полка фон-Визен доносил, что в Боровском уезде жители вооружаются и при появлении неприятеля соседние деревни собираются в назначенном месте. «Между прочим, в селе Каменском примечено им до 1 тысячи вооружённых крестьян конных и пеших, коими 23 числа прогнаны неприятельские фуражиры, при сём убито 1 офицер и 6 рядовых. Запись в журнале от 26 сентября поясняла, что «казённые крестьяне слободы Каменской Боровского уезда соединились под присягой для общей своей защиты». На случай трусости или измены было «положено жестокое наказание». По мере возможности по просьбе «сих почтенных крестьян» им выдавались ружья и пистолеты.

В марте 1813 года в официальном органе Министерства внутренних дел «Северная почта» появилось
правительственное сообщение о деятельности крестьянских отрядов против армии Наполеона в Московской губернии. В списке награждённых партизан, проявивших себя в борьбе с врагами, были и крестьяне Верейского уезда.

В последних числах августа и начале сентября 1812 года крестьяне Вышегородской вотчины графини Е.А. Головкиной во главе со старостами Никитой Фёдоровым и Гаврилой Мироновым, дворовыми той же помещицы писарями Алексеем Кирпичниковым, Николаем Усковым и Афанасием Щегловым многократно отражали нападения неприятеля. В октябре, когда наполеоновская армия отступала из Москвы, французы хотели ограбить церковь Успения Пресвятой Богородицы и находящиеся вблизи помещичий дом и хлебный магазин, где хранилось более 500 четвертей ржи. Писари Николай Усков и Афанасий Щеглов, собрав около 500 крестьян, дали отпор вражескому отряду из 300 человек, который пытался перейти реку Протву. Работники мельницы крестьянин Можайского уезда экономической Рейтарской волости Ильинской слободы Петр Петрович Колюпанов и крестьянин деревни Лобановой той же графини Емельян Минаев, несмотря на «многократные по ним ружейные выстрелы, смывали лавы на плотине и, разбирая доски, спускали воду, чем и удержали неприятельскую партию и спасли упомянутую церковь, помещичий дом со всеми службами, хлебный магазин, также священнослужительские дома и набережную слободку, в коей находятся 48 домов» (ныне деревня Набережная слобода, возле которой находится Успенская церковь). Спасены были от грабителей сёла Дуброво и Понизовье (находилось на левом берегу реки Рудь – ныне не существует) и церкви этих селений: Святого великомученика Димитрия Солунского и Рождества Богородицы. Крестьяне «особенно одобряемы были советами и увещеваниями находившегося в селе Дуброве верейского соборного священника Иоанна Скобеева». Пономарь Успенской церкви Василий Семёнов не только поощрял защитников, но и сам участвовал в отражении неприятеля.

Сообщение о подвигах крестьян было передано Александру I главнокомандующим Москвы графом
Ф.В. Ростопчиным. Руководителей обороны было «высочайше повелено отличить георгиевским 5 класса знаком, а прочих серебряною на Владимирской ленте медалью с надписью: «За любовь к Отечеству». Медаль «За любовь к отечеству» была первой наградой, появившейся в связи с событиями Отечественной войны 1812 года. Ею было награждено лишь 27 человек. Их имена занесены на мраморную доску галереи Воинской славы Храма Христа Спасителя (27 стена).


Рис. 5. Медаль «За любовь к отечеству»

В Верейском уезде награждены Знаком отличия Военного ордена Федоров Никита, Миронов Гаврила,
Кирпичников Алексей, Усков Николай.

В Верейском уезде награждены медалью «За любовь к Отечеству» Щеглов Афанасий, Колюпанов Петр
Петрович, Минаев Емельян, Василий Семёнов.

За взятие Вереи 29 сентября 1812 года войсками И.С. Дорохова Знаком отличия Военного ордена были награждены верейские мещане Гречишников, Прокудин, Жуков и Шушукин (галерея Воинской славы Храма Христа Спасителя. 17 стена).

Георгиевскими кавалерами стали жители Верейского уезда − ополченцы Московской губернии П.С. Серов из села Архангельское, Ф.Ф. Самородов из села Лисинцево, Фока Кузьмин из сельца Быкасово, Семён Харитонов из сельца Кутменево.

31 мая 1813 года в «Московских ведомостях» сообщили о церемонии награждения. Сначала крестьян собрали в губернском правлении, где после объявления царского указа московский главнокомандующий вручил им кресты и медали, а гражданский губернатор Н.В. Обрезков – наградные грамоты с изображением креста в лавровом венке и царского вензеля с надписью «За веру и царя». Затем в доме Ростопчина они выслушали «нравоучительную речь» и позавтракали. Награждённым Знаком отличия Военного ордена граф подарил «синие бархатные шапки, на коих вышиты золотом слова «За бога и царя», а награждённым медалями – «синие тонкого сукна шапки с вышитым золотом
же крестом и вензелем государя императора». А завершил встречу молебен в приходской церкви на Лубянке, где при большом стечении народа граф Ростопчин вместе с крестьянами пропел «с коленопреклонением благодарственный молебен творцу».

Наполеон в Фоминском

7 октября в лагере русской армии у села Тарутино праздновали одержанную накануне победу над корпусом Мюрата, не зная, что Великая армия, оставив Москву утром, продвигалась по Старо-Калужской дороге. Наполеон собирался в случае преследования Мюрата русской армией атаковать Кутузова. Но победители вернулись в свой лагерь. Сам Наполеон в сопровождении Старой гвардии выехал из Москвы в 5 часов утра и остановился в селе Троицком. Вот как описывал Великую армию участник похода Ф. Сегюр: «В этой колонне в 140 тыс. человек и приблизительно 50 тыс. лошадей всех родов, 100 тыс. солдат, шедших во главе, с ранцами, в полном вооружении, с 550 пушками и 2 тыс. артиллерийских повозок, напоминали еще всемирных победителей. Но остальные в огромной
своей части походили на орду татар после удачного набега».

Перейдя реку Пахру у села Красная Пахра, французские войска правым берегом реки направились к Ново-Калужской дороге, чтобы, минуя основные силы русской армии, через село Фоминское выйти к Малоярославцу и Калуге, откуда открывался путь в южные области России, через которые Великая армия могла отступить без потерь к Смоленску.

6 октября генерал И.С. Дорохов вместе с казаками атаковал форпосты неприятеля, находящиеся при
селах Мальково и Фоминское, а утром 7 октября занял высоты, на которых оставался в течение дня, наблюдая за неприятельским передвижением за рекой Нарой. Захваченный пленный сообщил, что на той стороне реки находится 14-я дивизия генерала Бруссье, в которой от 8 до 10 тысяч человек и 16 орудий. Силы были неравны. Поэтому, оставив на высотах лёгкую кавалерию, Дорохов отвёл остальной отряд к селению Корякову. 8 октября на правый берег реки неприятель перебросил часть кавалерии, 2 батальона пехоты и пушку. После двух часов перестрелки с казаками, не выиграв более полуверсты, неприятель занял лесок, находящийся на левом фланге его авангарда.

Дорохов полагал, что появление дивизии Бруссье связано с изменением линии связи основных сил неприятеля с флангами. Но, допуская, что эти действия могут быть связаны с движением всей армии Наполеона, он занял посты в Каменском, перед Слизневым, около Котова, в Башкине, на Верейской дороге и в самой Верее. Чтобы атаковать противника, Дорохов запросил подкрепление и ждал его в деревне Аристово.

Тем временем, 9 октября Наполеон остановился на ночлег в сельце Игнатово Верейского уезда, откуда в 7 часов утра следующего дня отправил приказ № 19299 Евгению Богарне, в котором говорилось, что Наполеон в этот же день до полудня будет с гвардией конной и пешей в Фоминском.

Авангард вице-короля прибыл в Фоминское 9 октября. Он соединился с пехотной дивизией Бруссье и
конной дивизией Орнано, которая находилась там уже несколько дней. Прибывший в Фоминское 10 октября, Наполеон лично осмотрел окрестности вправо и влево от села, опасаясь появления русских войск. Но увидел только одиночных казаков отряда Дорохова. Понятовский со своим корпусом уже шёл на Верею, остальная армия направилась на Боровск. Сам император остался в Фоминском, откуда посылал извещения своим генералам и маршалам о дальнейших действиях.

Известны несколько источников, сообщающих о пребывании Наполеона в селе Фоминское и его
окрестностях. 10 октября командир партизанского отряда капитан Сеславин днём в четырёх верстах от Фоминского обнаружил отступающую из Москвы Великую армию и самого Наполеона в карете, окружённого старой гвардией. Однако один из гвардейцев, которого сумел пленить Сеславин, на допросе у Дохтурова показал, что Наполеон остановился на ночлег в сельце Быкасове (ныне Бекасово) в 6 верстах от Фоминского. Но он мог это сказать, чтобы ввести русских в заблуждение.

Пребывание императора в Фоминском подтверждают его приказы и письма.
1. Correspondance de Napoleon. Приказы №№ 19300 (22 окт.), 19301 (утро 23 окт.) и 19302 (23 окт.) даны из Фоминского.

2. Itineraire General de Napoleon I-er par Albert Schuerman. p. 309-310. 22 j. D’Ignatiewo, il arrive a Fominskoie par un chemin de traverse. 23 v. Il quitte Fominskoie a 9 h. du matin; il s’arrete a Borowsk ou se couche a 7 h. 1|2.

В дословном переводе:
Шоссе Наполеона I — er Генеральным Альберт Schuerman. п. 309-310. 22 j. Из Ignatiewo, иногда Fominskoie по дороге. 23 v. Он оставил Fominskoie в 9 часов в первой половине дня. Он принял Borowsk в 7 1/2 часов.

10 октября, находясь в Фоминском, Наполеон отправил начальнику штаба принцу Невшательскому (маршалу Бертье), который также находился в Фоминском, записку с просьбой написать герцогу Эльхингенскому (маршалу Нею), который ещё не вышел к Ново-Калужской дороге, о том, что вся армия находится в Фоминском, что дождь льёт и этим утром сделал дорогу немного сложной.

По существующей легенде Наполеон ночевал в Николаевской церкви села Фоминского, которая находилась в 100 саженях справа от Боровской дороги за речкой Гвоздненкой (ныне Гвоздня), впадающей в реку Нару. Он мог, конечно, остановиться и в господском доме, но зная его обыкновение останавливаться в церковных зданиях (русские не стали бы обстреливать свои храмы), веришь в эту легенду. Многие также считают, что картина В.В. Верещагина «На этапе. Дурные вести из Франции» отражает события, происходившие во время пребывания Наполеона в Фоминском, и написаны в Наро-Фоминской церкви. Это неверно. На картине изображён интерьер церкви Иоанна Богослова на Ишне вблизи Ростова Великого. «Дурные вести из Франции» − сообщение о парижском заговоре генерала Мале − Наполеон получил по воспоминаниям Ф. Сегюра в Михайловке по дороге от Дорогобужа на Смоленск.

А в Фоминском он злобно радовался разрушению Московского Кремля. И отправил отсюда сообщение
для всей Европы.

«Le Kremlin, arcenаl, magasins, tout est détruit, cette ancienne citadelle, qui datait dés le commencement de la monarchie, ce premier Palais des czars ont été; desormais Moscou n’est plus qu’un amas de décombres, qu’un cloaque impur et malsain sans importance politique ni militare».

«Кремль, арсенал, склады – всё разрушено; эта древняя крепость, давшая начало монархии, этот первый царский дворец больше не существуют; отныне Москва не более, чем груда обломков, грязная выгребная яма без какого-либо политического и военного значения». (Перевод автора публикации.)

Отступавшие французы сожгли деревянную церковь Николая Чудотворца в селе Фоминское. Новая каменная Николаевская церковь была возведена на новом месте и освящена в 1852 году, в год 40-летия победы русского народа в Отечественной войне 1812 года.

Текст Л.В. Дубинина г. Наро-Фоминск

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.