К вопросу об освещении истории партизанского движения в годы оккупации в нашем крае. Часть 1

Интерес к истории Великой Отечественной войны (ВОВ) всегда был велик. В последнее время он стимулируется изданием и переизданием большого количества книг и документов, ранее для исследователей и читателей недоступных. Это имеет положительную и отрицательную стороны: с одной стороны, для исследователей значительно расширились источниковая и концептуальная базы, с другой – «мирные» читатели, неискушенные в анализе концептуальных инсинуаций, легко принимают на веру откровенную дезинформацию.

«Дезы» в последние десятилетия издано предостаточно. Яркий и наиболее известный пример – книги перебежчика из советской военной разведки Резуна-Суворова, проводящие версию, что СССР готовился напасть на Германию, которая упредила это нападение 22 июня 1941 г. До сих пор многие считают Резуна первооткрывателем и не ведают, что автор этой версии А. Гитлер, фюрер Третьего Рейха, а очень успешный пропагандист её – Й. Геббельс, рейхсминистр народного просвещения и пропаганды фашистской Германии.

Здесь сразу просматривается проблема: можно ли оценивать в рамках одинаковых критериев «дезу», запущенную воюющими сторонами, и публикации мирного времени о том же, дезинформирующие широкую публику. В период военных действий «деза» – это один из элементов психологической войны и воюющие стороны пользовались этим с давних времен. Поэтому, оценивая работу и Й. Геббельса, и Совинформбюро, надо учитывать, что они выполняли свою задачу доступными им средствами.

О коллизии военной и послевоенной версий в освещении одного события будет рассказано в этой статье. Особый интерес представляет то, что версии эти взяты из официальных документов времен ВОВ и послевоенных работ вполне достойных авторов, которых никак нельзя отнести к легиону упомянутого выше Резуна-Суворова. Для того, чтобы дать читателю возможность самому провести анализ и прийти к какому-то решению, рассказ будет вестись, главным образом, языком публикаций и документов.

***

Самым известным событием времен оккупации войсками фашистской Германии нашего края была операция партизан против немецкого гарнизона в Угодском Заводе (ныне – город Жуков). Вот как сообщала об этом вечерняя сводка Совинформбюро 29 ноября 1941 г.:

«Получено сообщение о большом успехе партизан, действующих в оккупированных немцами районах
Московской области. 24 ноября несколько партизанских отрядов под командованием товарищей Ж., К., П., Б., объединившихся для совместных действий против оккупантов, совершили налет на крупный населенный пункт, в котором расположился штаб одного из войсковых соединений немецко-фашистской армии. Ночью после тщательной разведки славные советские патриоты обрушились на ничего не подозревавшего врага. Прервав сначала всякую связь немецкого штаба со своими частями, партизаны затем огнем и гранатами уничтожили несколько больших зданий, в которых расположились воинские учреждения фашистов. Разгромлен штаб немецкого корпуса. Захвачены важные документы. Отважные бойцы-партизаны перебили около 600 немцев, в том числе, много офицеров, и уничтожили склад с горючим, авторемонтную базу, 80 грузовых машин, 23 легковые машины, 4 танка, бронемашину, обоз с боеприпасами и несколько пулеметных точек.

При подготовке этой операции разведкой партизанского отряда был разгромлен карательный отряд гестапо. Гитлеровцы потеряли при этом убитыми и ранеными около 40 солдат и офицеров. Разведка партизан расстреляла десятника лесничества Багана, сообщавшего гестапо о местах расположения партизан в лесах».

Так официально и публично была заложена и фактическая, и легендарная стороны этой истории. Можно подвергнуть остракизму это сообщение. И не только из-за того, что величина немецких потерь сразу вызывает сомнение уже потому, что в ночном штурмовом налете некому и некогда заниматься подсчетами. Но, анализируя это сообщение, надо помнить то, что было сказано выше: Совинформбюро тоже воевало. Более подробно и с интересными деталями операция в Угодском Заводе описана в «Справке об операции по разгрому штаба 12-го немецкого армейского корпуса сводным партизанским отрядом Управления НКВД по г. Москве и Московской области (МО)», подготовленной начальником штаба истребительных батальонов УНКВД Московской области подполковником М.И. Филипповым в декабре 1941 г.:

«В ноябре 1941 года руководству Управления НКВД МО от партизанского отряда Угодско-Заводского района стало известно о размещении в г. Угодский Завод штаба 12-го немецкого армейского корпуса и около 4 тысяч немецких солдат и офицеров с вооружением и техникой. Было решено разгромить штаб 12-го немецкого армейского корпуса, истребить сосредоточенные войска и уничтожить технику врага силами сводного партизанского отряда УНКВД МО под общим командованием капитана т. Карасева.

Операция осуществлялась следующим образом:

1. Отряд в целом состоял из 300 человек. Для конкретного руководства по разгрому и уничтожению каждого объекта в отдельности при осуществлении операции отряд был разбит на 8 групп. Каждая группа состояла из 35-40 человек, во главе которых были поставлены опытные, смелые командиры. Отряд был вооружен ручными пулеметами, автоматами, винтовками, РГД, противотанковыми гранатами и бутылками с горючей жидкостью.

2. 19 ноября 1941 года, сосредоточившись в 2 км от хутора Ясная Поляна Угодско-Заводского района, отряд приступил к тщательной разведке. Разведка осуществлялась путем высылки партизанских групп в 3–5 человек в разных направлениях с заданием изучения местности, подступов к городу и подходов к объектам, системы охраны, расположения постов, расположения огневых средств противника, его техники, складов, системы связи и т.д. Кроме этого несколько партизан, преимущественно женщин, были переодеты в обычную крестьянскую одежду и высланы непосредственно в город для точного установления, в каких домах города размещены отделения штаба, служба охраны и дежурные части, где наибольшее сосредоточение автотранспорта и техники, расположение воинских складов, общежития солдат и офицеров. Разведчики, пробравшиеся в город, выполняли свою задачу путем личного наблюдения и через знакомых им лиц, проживающих в городе.

В результате проведенной разведки с 19.ХI по 23.ХI командование отряда установило:

Штаб 12-го корпуса размещен в зданиях школы, райсовета и сберкассы.
Офицерское общежитие размещено в здании РК ВКП (б).
Отделение гестапо – в аптеке.
В здании райотдела НКВД и соседних домах расквартированы солдаты.
В зданиях свиносовхоза размещены авторемонтные мастерские, обслуживающие команды и часть гарнизона.
На территории рынка и свиносовхоза расположен автотранспорт.
Здания, где размещаются штаб и личный состав гарнизона, охраняются часовыми, по городу осуществляется патрульная служба.
В деталях разведана местность, прилегающая к городу, и скрытые пути подхода к объектам, пути отхода и сбора по выполнении операции.

3. Оценив обстановку и приняв решение, отряд 23.ХI в 23.00, оставив на пункте сосредоточения лишнее снаряжение, одежду и другие вещи, связывающие действия в бою, выступил на исходное положение – на опушку леса, что в 500 метрах от г. Угодский Завод. На исходном положении командир отряда поставил следующие задачи командирам групп:

1-й группе (командир группы лейтенант госбезопасности Бабакин) – захват и разрушение телефонной
станции, радиоузла, почты и разрушение внутренней связи.

2-й группе (командир группы капитан Жабо) – разгромить отделение штаба корпуса, разместившееся в здании школы, захватить документы, истребить офицерский состав.

3-й группе (возглавлял лично капитан Карасев, командир сводного отряда) – разгромить центральное отделение штаба корпуса, размещенное в здании райсовета.

4-й группе (командир группы лейтенант Пигосов) – отделение штаба и обслуживающие команды, размещенные в здании сберкассы и Доме культуры.

5-й группе (командир группы старший лейтенант госбезопасности Каверзнев) – истребить офицерский
состав, размещенный в общежитии здания Районного комитета ВКП(б).

6-й группе (командир группы младший политрук Лившиц) – отделение гестапо, расположенное в здании аптеки.

7-й группе (командир группы младший лейтенант милиции Шивалин) – взорвать авторемонтные мастерские истребить личный состав обслуживающих команд, размещенных в зданиях свиносовхоза.

При постановке задачи группам командир отряда сообщил:

Сигналы начала действия (длинная очередь вверх из пулемета трассирующими пулями).
Сигналы для выхода из боя.
Место сосредоточения отряда после выполнения операции.
Выделил прикрытие на случай преследования противником групп при отходе.
Указал место и средства эвакуации раненых.

Для опознавания своих был установлен единый опознавательный знак – белая повязка на головном уборе и установлен пароль встречи на случай совместных действий групп.

Для незаметного, скрытого одновременного подхода всех групп отряда к намеченным для атаки объектам были выделены в каждую группу проводники из местных жителей-партизан, которые привели их ближайшим путем в указанные места почти незаметно для охраны и патрулей.

С получением задачи и объекта атаки командиры групп довели ее до каждого бойца, указали особенности и важность выполнения задания, указав на то, что внезапность налета дает им, несмотря на отсутствие превосходства в численности по отношению к противнику, возможность одержать полный успех, напомнили о необходимости смелых и решительных действий и доведения до конца задачи, поставленной перед группами отряда, и по установленному сигналу двинулись к намеченным объектам.

4. Тщательно проведенная разведка размещения отделений штаба, общежитий офицерского состава и солдат, расположения складов, ремонтных мастерских, гаражей, изучение системы охраны города, а также учет при составлении плана операции фактора времени для подхода с пункта сосредоточения до объектов атаки и внезапность налета позволили группам отряда почти незаметно для противника просочиться в город и по общему сигналу начать штурм объектов в 2.00 24.ХI.1941 г.

Штурм всех намеченных объектов начался одновременно. Вслед за снятием часовых в окна помещений штаба, офицерских и солдатских общежитий, здания гестапо, почты и телеграфа полетели противотанковые и ручные гранаты, застрочили пулеметы и автоматы, а затем партизаны врывались в помещения и довершали разгром штыками и ручным оружием.

Одновременно запылали склады с горючим и продовольствием, начали рваться склады боеприпасов, загорелись танки, автомашины, конюшни. Выскакивающие из зданий солдаты и офицеры истреблялись партизанами из автоматов, винтовок, а начавшие действовать пулеметные точки уничтожались противотанковыми и ручными гранатами.

Внезапность налета ошеломила немцев. Народные мстители Угодско-Заводского партизанского отряда в этой операции еще раз на поганой шкуре немцев подтвердили смелость и отвагу, героизм, бесстрашие и готовность советских патриотов бить своих врагов до полного их уничтожения. В эту ночь они еще раз воскресили суворовскую истину о том, что бьют врага «не числом, а уменьем».

Несмотря на сравнительную непродолжительность операции в городе, длившуюся 1 час 10 минут, и на то, что немцев было в городе до 4 тысяч, а партизан лишь до 300 человек, немцы не сумели оказать сильного сопротивления. Это видно по тому, что партизаны за 1 час 10 минут боя истребили до 600 гитлеровцев, потеряв со своей стороны 18 человек убитыми и 8 ранеными.

Всего в результате проведенной операции партизаны сводного отряда истребили до 600 немецких солдат и офицеров, сожгли 2 больших склада с горючим, взорвали склады боеприпасов и продовольствия, сожгли до 100 автомашин, подорвали 4 танка и 1 бронемашину, уничтожили несколько пулеметных гнезд, сожгли конюшни, захватили в разгромленном штабе 12-го армейского корпуса важные оперативные документы (тактические карты, полевую почту) и порвали связь.

5. Убедившись, что группы выполнили в основном стоящие перед ними задачи, командир отряда дал сигнал к отходу. Выход из боя происходил под прикрытием специально выделенных групп и тех групп отряда, которые находились ближе к опушке леса – месту укрытия партизан от поражения огнем. После прибытия последней из групп в условленное место отряд немедленно начал отход в тыл, к базе, чтобы не дать времени немцам опомниться и организовать преследование.

Выход отряда на свою базу прошел организованно, без потерь.

Выводы:

1. Успеху операции способствовало то обстоятельство, что она была организована на точных разведывательных данных, которые ежедневно подтверждались и уточнялись.

2. Факторы скрытой подготовки и сосредоточения, учета времени и особенно внезапность нападения в сочетании со смелыми и решительными действиями привели партизан к такому крупному успеху в данной операции при небольшой потере личного состава со стороны нападающих».

Эта справка, подготовленная, видимо, для внутреннего пользования как отчет об операции, тем не менее, удивительным образом представляет собой симбиоз доклада об организации и проведении боевой операции в тылу противника и пропагандистских штампов.

Другие подробности операции дополняет «Сообщение Управления НКВД по г. Москве и Московской области в МК и МГК ВКП(б) о героях истребительных батальонов и партизанских отрядов, сражавшихся в Подмосковье и павших в боях за Родину», составленное в 1943 г. Этот документ готовился для партийных органов, т.е. для использования в партийно-политической и воспитательной работе, поэтому содержит больше пропагандистских штампов, но он интересен описанием боевых эпизодов и именами рядовых участников. Приводим только то, что относится к событиям в Угодском Заводе:

«Во время Угодско-Заводской операции погиб смертью храбрых Гурьянов Михаил Алексеевич. Последние два года т. Гурьянов был председателем исполкома райсовета Угодско-Заводского района. После захвата немцами Угодского Завода он ушел партизанить. В отряде он был комиссаром. Скромный, выносливый, Гурьянов стойко переносил все трудности и лишения партизанской жизни. Он всегда шел бесстрашно на выполнение самых опасных поручений…

После боя при возвращении в лагерь т. Гурьянов, делясь своими впечатлениями, говорил: «Ну и дали же мы им жару!» Гурьянов рассказал, как на несколько секунд он потерял сознание от взрыва противотанковой гранаты. Захватив с собою раненого командира отряда т. Карасева, Гурьянов вместе с 10 товарищами ускоренным маршем стал пробираться на базу. Не доходя километров 5 до базы, он вместе с партизаном Каревым пошел впереди группы кратчайшим путем, стремясь как можно скорей попасть в землянку, развести там костер и приготовить пищу для изголодавшихся товарищей. Когда те пришли в землянку, то ни Гурьянова, ни Карева там не оказалось. Как было впоследствии установлено, Гурьянов вместе с Каревым нарвался на немецкую засаду и попал в руки гестаповцев. Они несколько дней подряд пытали Гурьянова. Вначале он не называл себя. Но местный житель Меркулов, продавшийся немцам, опознал его. Гурьянов с гордостью заявил своим палачам: «Да, я Гурьянов, председатель районного исполнительного комитета Совета депутатов трудящихся». Немцы безуспешно добивались от него сведений о партизанах, коммунистах и их родственниках. Они избивали его, жгли ему ноги, пальцы, лицо, выкручивали руки, изматывали голодом и жаждой. Но им ничто не помогло. Они не сумели поколебать его стойкости.

Под вечер 27.ХI.1941 г. товарищ Гурьянов был повешен на железных балках райисполкомовского здания. Во время казни все население было разогнано по домам, так как немцы знали, что Гурьянов умрет героем. Но, несмотря на это, некоторые из жителей, притаившись за заборами и за дверьми своих домов, были свидетелями последних минут героя. Они видели, как Гурьянов с руками, засунутыми в карманы, спокойно и гордо стоял на месте казни. И в то время, когда палачи спешили набросить на него веревку виселицы, раздался его недрогнувший голос: «Всех не перевешаете! Нас миллионы. Наше дело правое, победа за нами. Да здравствует коммунизм! Долой фашизм!».

За доблесть и мужество т. Гурьянову указом Президиума Верховного Совета СССР посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

Во время Угодско-Заводской операции геройской смертью пал комсомолец-партизан Муфталиев Михаил. В начале Отечественной войны т. Муфталиев добровольцем пошел в истребительный батальон Ленинградского района г. Москвы. Там он был назначен старшиной роты. Вскоре его как одного из лучших бойцов направили в спецшколу НКВД, где он стал командиром отделения. После окончания спецшколы т. Муфталиев был причислен в партизанский отряд т. Бабакина… При разгроме немцев в Угодском Заводе т. Муфталиев метким выстрелом снял немецкого автоматчика, простреливавшего улицу и тем самым затруднявшего успешность действия партизан. Уничтожив автоматчика, он стал расстреливать немцев из их же оружия. В разгар боя из-за угла выскочила танкетка, из которой двумя пулеметными очередями фашистские мерзавцы застрелили храброго народного мстителя Михаила Муфталиева. Приказом по Западному фронту т. Муфталиев награжден Орденом Красной Звезды.

Во время Угодско-Заводской операции смертью героя погиб мужественный партизан-чекист Лебедев Николай Алексеевич. При разгроме немцев в Угодском Заводе он вместе с т. Гурьяновым, Карасевым, Домажевым, Демидовым отличился как народный мститель и истребил не одного фашистского офицера. При возвращении с операции около дороги Рыжково – Барсуки т. Лебедев пошел на разведку и нарвался на немецкую засаду. В неравном бою он пал смертью храбрых. Партия и правительство высоко оценили боевые подвиги партизана-чекиста. Посмертно его наградили Орденом Красной Звезды…

11 февраля 1942 г. партизаны Подмосковья понесли тяжелую утрату. В этот день в бою с фашистами был смертельно ранен отважный партизан-чекист, пламенный патриот Родины, командир партизанского отряда коммунист Бабакин Вадим Николаевич. …Участвуя в разгроме немцев в Угодском Заводе, партизаны т. Бабакина сожгли здание почты и радиотелеграфа, уничтожив до 40 немцев. Лично сам т. Бабакин в этой операции уложил 3 немецких автоматчиков…»

Таким образом, официальные материалы, подготовленные в системе НКВД, повторяют основные моменты сообщения Совинформбюро. Однако при описании планирования операции, её деталей и боевых эпизодов авторы документов сами невольно дезавуируют свои наиболее сомнительные тезисы. Приведем только два примера.

Так, заслуги в проведении операции авторы документов приписывают «сводному партизанскому отряду
Управления НКВД по г. Москве и Московской области», т.е. своему ведомству. Благо формальный повод имелся: это была оперативная зона Угодско-Заводского партизанского отряда, сформированного органами НКВД. При этом их совершенно не смущает, что по их же Справке об операции по разгрому штаба 12-го немецкого армейского корпуса можно установить, что из семи боевых групп, принимавших участие в бою, 2-я, 4-я, 6-я были армейские. (В них вошли командиры и красноармейцы батальона особого назначения Западного фронта. Батальон был сформирован из личного состава частей аэродромного обслуживания военно-воздушных сил Рабоче-крестьянской Красной Армии (РККА), командиры в основном были из пехоты, имевшие уже боевой опыт, командовал батальоном полковник С.И. Иовлев.)

К НКВД можно отнести только четыре группы, из которых 1-я и 5-я – это рейдирующие партизанские отряды, возглавляемые работниками госбезопасности, действовавшие по всей Московской области, 3-я группа – это и есть, собственно, партизанский отряд, сформированный с привлечением районного актива Угодского Завода, возглавляемый пограничником-чекистом В. Карасевым, 7-я группа, по некоторым данным, была смешанной, состояла из партизан и красноармейцев.

Таким образом, «сводный отряд» был, но не совсем такой по составу, каким его хотят представить в приведенных выше документах. С другой стороны, умалчивая, что операция проводилась совместно подразделениями РККА и НКВД авторы приведенных документов умаляют организационные способности её руководителей, которые на достаточно высоком уровне смогли организовать взаимодействие спецподразделений двух различных ведомств. Из истории всех войн известно, что «организация взаимодействия» нашим военачальникам удается обычно плохо.

Второй пример. Везде говорится, что «партизаны перебили около 600 немцев». Если исходить из того, что боевые группы были примерно одинаковые по численности (как мы знаем, 35–40 человек), примерно одинаковые по боеспособности, то и задачи перед ними ставились сопоставимые и успехи также были сопоставимы. В документе говорится, что «в Угодском Заводе партизаны т. Бабакина сожгли здание почты и радиотелеграфа, уничтожив до 40 немцев». Если взять результат отряда Бабакина по убитым немцам за некий средний и для других групп, то получается примерно только половина от заявленного официально количества убитых солдат и офицеров противника.

Текст Ю.В. Фролов

*Данный материал взят из книги «Приобнинский край. Город и окрестности. История и современность» (труды обнинского краеведческого объединения «РЕПИНКА»)

2 комментария

Evg
Известна ещё более фантастическая история.
 
«Боровский краевед». 1993 г. выпуск № 5. стр. 116
… В последние три года в РГВА на открытое хранение были переведены десятки тысяч
дел Внутренних войск НКВД СССР. В материалах Западного сектора обороны г. Москвы
имеется сообщение за март 1942 г. (уже после освобождения Боровска) о высадке
фашистского десанта (около 600 чел.) недалеко от города. По сообщениям НКВД, этот
десант был полностью уничтожен местными жителями… ( РГВА. Ф.32880. Оп. 4. Д. 57.)
Evg
В «Справке об операции....»,  Угодский завод упорно называется городом, (а в сводке Совинформбюро -крупным населённым пунктом) хотя в то время это было село (в 1939 г. население составляло 2000 чел. численность построек -217). Полагаю что сделано это намеренно, т. к. масштаб «операции» предполагает наличие оперативного простора. «Операция» проведённая с таким размахом в селе, безусловно выглядела бы неправдоподобно.
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.