Война в судьбах моих земляков

Иногда я думаю, что наш город такой красивый и умный, потому что его строили и создавали замечательные люди! Это поколение, опаленное войной, оставившей в их сердцах неизгладимые впечатления на всю жизнь.

Впечатления не только горя, но и радости. Привожу два рассказа практически дословно. Это воспоминания П.С. Соловьёва и В.Е. Стрёмовой.

Пётр Степанович Соловьёв

В 2005 году стояла долгая теплая осень. Ежедневно я выходила гулять с внучками. Постукивая палочкой, приходил с улицы Королева Петр Степанович Соловьёв. Мы были знакомы более полувека. На наших глазах вырос Обнинск.

Соловьёв из поколения фронтовиков, а я из тех, кого называют детьми войны. Хорошо помню, как тогда Петр Степанович неторопливо рассказывал о своей жизни, о трудных военных дорогах, о работе в Физико-Энергетическом институте, которому он отдал более 40 лет.


Рис. 1. П.С. Соловьев и Г.С. Филатова, Обнинск, 2005 г.

Из его воспоминаний привожу рассказ о войне и о встрече братьев-фронтовиков в мае 1946 года.

«В январе 1942 года, после освобождения наших мест, я работал в госпитале, колол дрова. Это здание до войны строил мой отец, а потом здесь разместился Главный корпус ФЭИ. Мне было 17 лет. 2 февраля зачислили в школу сержантов. Она находилась в Боровске, в монастыре. Через два месяца получил звание сержанта и стал командиром отделения станкового пулемёта (72 кг весом, плюс 5 литров воды). В отделении было 7 человек, а надо – 9. Отправили в Полотняный завод – за ним была оборона. Летом пошли в бой, а через два месяца, в августе, я был ранен в грудь и в лицо. Попал в госпиталь в Обнинское.

115-й полевой прифронтовой госпиталь располагался в Кончаловском лесу. Осколки вытаскивали из груди через спину. В ноябре, после госпиталя, попал в Бронницы в запасной 7-й артиллерийский полк. И в ноябре же отправили под Ржев в 360-й полк резерва главного командования. Участвовал в боях. Там была мясорубка! Через неделю полк бросили под Юхнов, потом – опять под Ржев.

В феврале 1943 года наступали на Орёл, но сообщений об этом в СМИ не было. После этого был на Орловско-Курской дуге летом 1943 года и принимал участие в битве. Получил медаль “За отвагу”. После битвы удалось побывать дома, повидать родных. Отпустили домой с заданием достать копировальной бумаги для части.

Как-то мой друг Зыкин Михаил, адъютант начальника штаба строевой части, предложил поехать провожать его начальника в Сухиничи. Дорогой я узнал, что едут они в штаб Западного фронта в Обнинское к Жукову. Я рассказал, что там мои родные. Начальник взял у меня записку, а когда зашел к моим родителям, то дома был брат Тимофей, только что приехавший после окончания училища в Рязани. Этот начальник взял его с собой и через несколько дней Тимофей приехал в бригаду, где я служил. До конца войны мы воевали в одной бригаде, только в разных батареях. Имели возможность видеться и общаться, когда сидели в обороне между боями.

В декабре 1943 года попал на Первый Украинский фронт. Приехали во всём зимнем, в валенках. А там – дождь! Так по воде и шли в валенках. Под Новый год взяли Житомир. И с Первым Украинским фронтом дошёл до конца войны. За взятие Праги – орден Красной Звезды, за форсирование Вислы (Сандомирский плацдарм) – Орден Отечественной войны. После взятия Праги стояли в 35 километрах от неё, в городе Добжиш, до декабря 1945 года. Затем в Австрии, в 110 километрах от Вены, в Оленштайне, до 15 декабря 1945 года.

Потом – в Россию! На Новый 1946 год приехали в Жмеринку, где пробыли до июня 1946 года. Далее – Фергана. Там мы находились до демобилизации. В марте 1947 года война для нас закончилась“.

Помолчав, Пётр Степанович добавил: “Да, вот ещё был случай: в мае 1946 года мы приехали в отпуск с братом Тимофеем. Дали телеграмму брату Александру в Кронштадт, где он служил моряком. И он приехал, хотя был в отпуске полмесяца назад. Его командир увидел телеграмму и отпустил повидаться с братьями. Первым в отпуск собрался Тимофей, с которым я был в одном дивизионе, а меня командир не отпускал. Тогда его командир позвонил моему, и тот отпустил, потому что был ниже по званию. И вот мы трое встретились в родном Самсонове! Сколько было радости, сколько слёз!»

Эту радость солдат пронёс через всю жизнь.

Вера Егоровна Стрёмова. Встреча с отцом

Вера Егоровна Стрёмова (по отцу – Фетисова) родилась в деревне Барановка Детчинского района в 1928 году. С 1956 года проживает в Обнинске. В настоящее время является активным членом комитета ТОС 29 микрорайона и, несмотря на возраст, принимает участие во всех мероприятиях. Вера Егоровна родила троих детей, и все они стали обнинцами. Сейчас у неё пять внуков и две правнучки. На вечере, посвящённом 65-летию Победы, она поделилась своими воспоминаниями, которые никого не оставили равнодушными. Привожу её рассказ.

«Когда началась война, долго моего отца не брали в армию, так как он был поездным вагонным мастером и работал на поездах, обслуживающих фронт почти весь 1942 год. Наша семья была большая – 9 детей, причём 9-й родился в 1942 году, когда отца взяли в армию. Отец был с 1904 года. В семье было 2 девочки и 7 мальчиков. Одна девочка после перенесённого во втором классе полиомиелита была инвалидом, у неё была парализована правая сторона. Мать её очень жалела. Двоих мальчиков звали Николаями, так как один родился на Николу летнего, а другой – на Николу зимнего, а называли тогда по Святцам. Из армии отец присылал письма, ожиданием которых семья
жила. И молились все за отца. В семье было две иконы – Богородицы и Николая Угодника. Их украшали к праздникам бумажными цветами, которые делали дети. Стоя перед ними на коленях, дети горячо молились за отца. Один из мальчиков называл Николая Угодника Николаем-угольником, так как плохо говорил. Это расстраивало мать, и она его ругала. Все дети верили, что их молитва спасёт отца и он вернётся. Без отца семья жила очень трудно. У них было 50 соток земли, которую копали вручную лопатами, когда не было лошадей – это в 1942 и 1943 годах. Потом в колхозе
подросли быки, и стало легче. Но Вера Егоровна до сих пор помнит, как тяжело было переносить металлический плуг на новую межу.

Отец служил всю войну и пришел домой осенью 1945 года. Причём, собираясь домой, он перестал писать, чтобы сделать сюрприз семье. А семья переживала тяжелый момент, не зная, жив ли он. Ждали, ждали с утра до вечера. Однажды в сентябре мать ушла пахать (под зиму), а дочь Вера убиралась в доме, как вдруг идёт женщина из деревни и кричит: “Вер, отец ваш в Детчино. Скажи матери!“ Она возила молоко сдавать в Детчино и там увидала нашего отца. Он подошёл и спросил о своей семье, все ли живы? Узнав, что всё в порядке, он отказался поехать с ней домой, так
как хотел что-нибудь купить ребятишкам. Выбор гостинцев был небольшой: солёная килька и конфеты-подушечки с начинкой. Ну а 9 километров от Детчино до дома ему тогда казались пустяком.

Вера понеслась к матери с этой новостью. Мать привязала быка к берёзе, и они побежали домой. Собрали детей и отправились в сторону Детчино встречать отца. И даже младшенький, которому было 3 годика, побежал со всеми. Старшие дети по очереди тащили его на плечах. Так они бежали почти 3 километра навстречу отцу. Бежали с таким азартом, что казалось, будто кто-то их нёс!

И вот они увидели друг друга! Мать побежала ещё быстрее. Отец же, увидав бегущую гуськом к нему его семью, остановился как вкопанный и не мог идти. Потом сам говорил: “Как увидал вас всех, так словно сердце остановилось!“

Отец подхватил мать, стал целовать! Потом стал целовать подбегающих детей, младших двоих поднял обоих сразу. Слёзы текли по его лицу ручьём! Дети не понимали, почему он плачет, так как не знали ещё, что бывают и слёзы радости! Отец, перецеловав всех, младшего, которого увидел впервые, посадил к себе на плечи, другого взял за руку, кому-то отдал свой рюкзак – всем себя как-то разделил…

Пришли домой, мать поставила в печь чугунок картошки “в мундире“, чтобы накормить семью. А тут начали приходить соседки с расспросами о своих мужьях. И всех подсаживали к этому чугунку.

Отдохнув пару месяцев и поправив хозяйство, отец устроился опять на железную дорогу. Семья жила дружно, в любви, и в 1947 году у них родились близнецы Миша и Ваня. И всех детей вырастили, всех подняли.

Когда началось строительство секретного объекта (лаб В, будущий ФЭИ), отец работал на снабжении его строительными материалами, которые подвозили по железной дороге. Он понимал, что затеяно большое дело и посоветовал дочери Вере, уже вышедшей замуж и жившей в Москве, переехать в Обнинск. Она приехала, и им сразу дали комнату в бараке, потом квартиру. Работала она в столовой №1 ФЭИ, потом – на почте, на пенсию ушла с завода “Сигнал“.

Постепенно и другие дети перебрались в Обнинск, а отец с матерью доживали в деревне Чуриково под Малоярославцем».

Текст Г.С. Филатова

*Данный материал взят из книги «Приобнинский край. Город и окрестности. История и современность» (труды обнинского краеведческого объединения «РЕПИНКА»)

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.