Пафнутий Боровский. Попытка исторического портрета

14 мая русская православная церковь празднует день памяти преподобного Пафнутия. Преподобный Пафнутий Боровский и всея Руси чудотворец является одним из тех людей, которым по праву гордится Русская Земля, и жители боровского края чтят своего знаменитого земляка. По словам В.О. Ключевского, он является «одним из самых своеобразных и крепких характеров, какие известны в древней Руси». К сожалению, Пафнутий мало оставил после себя письменных трудов и поучений, которыми так прославились многие иерархи и устроители церкви, его ученики, например, известные выходцы из Пафнутьева монастыря, умножившие его славу, Иосиф Волоцкий и архиепископ митрополит Макарий и др.

Главный подвиг Пафнутия − его пустыножитие и твердость убеждений, которых он не менял в угоду сильным мира сего. Его твердость в вере и строгость жизни создали ему громадную славу на Руси, так что многие люди, и
простые и великие князья, приходили к нему за советом. В Житии сказано: «Усердствуя в подвигах, преподобный
Пафнутий во всём искусен был, как подобает пастырю, о пастве заботясь, и во всём примером был стаду, и всегда
неправды уклонялся, правде прилежал, беспрестанно работал Господу день и ночь: днем в монастырских службах
прежде всех находил работу, ночь в молитвах проводил. Были многие труды его к Богу исполнены подобающего
опасения и благоговейного страха. Блаженный весь источал радость, с трепетом растворенную. Видя сиё старание и
усердие, Всесильный и Всевидящий Бог не только почтил его даром рассуждения, но и другими сокровищами Духа:
так, по виду некоторых он мог познавать страсть их души, иные во сне представлялись его духовному зрению»1. Сам Пафнутий редко выезжал из основанного им монастыря, люди шли к нему. Т.е. он фактически является основателем старчества, расцветшего в 19 веке во времена Амвросия Оптинского (тоже Калужская земля!).

В предлагаемой краткой статье предпринята попытка рассмотреть жизнь Пафнутия в исторической перспективе, связав ее с историческими событиями времен Пафнутия − мятежного 15-го века.

Основными документами о жизни и деятельности Пафнутия являются Жития, составленные его учениками Вассианом Саниным, Иннокентием и Досифеем Топорковым; кроме того, есть краткие упоминания в летописях и государственных документах. Наиболее подробное Житие составлено Вассианом Саниным по прозвищу Рыло, учеником преподобного Пафнутия, ставшим впоследствии архимандритом Симонова монастыря и Ростовским архиепископом. Оно написано по памяти примерно через 30 лет после кончины Пафнутия, основываясь на личных наблюдениях Вассиана и рассказах самого Пафнутия. Жития Пафнутия издавались много раз различными издательствами. Здесь используется издание Калужской епархии 1999 г., изданное по тексту Вассиана Санина2.

В этом Житии сказано: «Род приснопамятного отца Пафнутия происходит от колена агарянского. Когда, по Божественному попустительству за грехи наши, предводитель агарянский, безбожный царь Батый, в ярости гнева Господня, допущен был на российский остров как серп, видимый пророком, или как обоюдоострый меч. И как палящее пламя города и священные храмы со всеми святынями и благолепием сжигал и разрушал, как колосья пожинал держащихся православия, имеющих власть и подвластных, как кедры высоковерхие всех держателей мечём посек и пагубной смерти предал. Кто может представить или сказать, даже если и мудрость всех народов познал, что злой тот царь сделал?!

Поставил Батый властителей по всем городам из безбожных агарян, которых на половецком языке называли баскаками. От этого колена и рода агарянского и происходил блаженный Пафнутий, как было сказано прежде.

После всего содеянного безбожный царь Батый отошел в другие страны и там достойную злодеяниям своим принял месть – был убит и постыдно испустил окаянную свою душу. Когда собрались оставшиеся благочестивые самодержцы, то вновь просиял свет благочестия православным, собирающимся и умножающимся во всех городах. И повелели тогда благочестивые властители православным предавать смерти тех из безбожных начальников агарянских, кто не придёт к благочестивой вере. Один из баскаков, дед блаженного Пафнутия, изволил благочестия семена принять и баней Божественного крещения родиться от воды и Духа, назван был Мартином и жил во всяком благочестии. Отец святого родился от этого благочестивого Мартина и во Святом крещении назван был Иван, а родившая блаженного отрока именем была Фотиния. Отец и мать, благочестием сияя, усердно соблюдали благие заповеди Господни и от них не отступали. Особенно же не оскудевала рука родителей блаженного к просившим милостыни. Жили они в наследственном отцовском селе, которое в народе называлось Кудиново и было в 3-х поприщах от города Боровска»3.

Рассмотрим, могло ли это быть. В конце статьи приведена хронологическая таблица периода жизни Пафнутия и его предполагаемых предков, охватывающая более 300 лет. Поскольку даты жизни предков Пафнутия неизвестны, при составлении таблицы принято, как это делается в генеалогии, что продолжительность поколения по мужской линии составляет 33 года. Чем длиннее рассматриваемый период, тем точнее выполняется это соотношение. Для каждого вероятного предка указываются предполагаемые даты рождения и вступления в активную жизнь (33 года). Последняя дата совпадает с датой начала следующего поколения.

Поскольку история Руси тесно связана с историей Орды и Великого княжества Литовского и неотделима от истории церкви, в этой таблице приведены Великие князья и государи Московские и Литовские, митрополиты Киевские, Московские и всея Руси, ханы Орды, владетели Боровских земель и основные исторические события означенного времени4.

Эта таблица требует пояснения. До разгрома голяди в долине р. Протвы Новгород-Северским князем Святославом Ольговичем в 1147 г. боровские земли входили во владения голяди. После 1147 г. они отошли к Рязанскому
княжеству. Когда и как это произошло конкретно – неясно. Поэтому в 13 и начале 14 веков владельцами Боровских
земель указаны соответствующие времени Рязанские князья. Впервые в письменных документах Боровск упомянут, как известно, в 1358 г. в духовной грамоте Великого князя Московского Ивана Красного, сына Ивана Калиты. В этой
грамоте он передал Боровск (по тогдашнему Боровец) своему младшему сыну Ивану Малому, брату Дмитрия Донского. «А се даю сыну своему, князю Ивану: …село на Репне в Боровьсце…». Т.е. в это время Боровск, по-видимому,
перешел во владения Московских князей, которые и указаны далее в таблице. Иван Малый умер в отрочестве, а в
1361 г., указанному в таблице, ему было всего 7 лет, тем не менее, в таблице именно он указан в качестве владельца, хотя реально землями управляли, конечно, взрослые родственники.

Начиная с 1378 г., Боровском владеет как уделом Владимир Андреевич Храбрый и его потомки. После ликвидации Боровского удельного княжества в 1456 г. Боровск стал управляться воеводами, присылаемыми из Москвы.

Первым Московским князем был младший сын Александра Невского князь Даниил Московский. До него территория Москвы принадлежала Владимирским князьям, которые и указаны в таблице. Московские Великие князья наследовали московский стол и назывались Московскими вплоть до Ивана III, Государя всея Руси, и Ивана IV Грозного, принявшего в 1547 г. царский титул.

Первым документально зафиксированным Великим литовским князем, основателем Великого княжества Литовского, был Мидовг. В качестве его предшественника в таблице указан его легендарный предок, прусский правитель Рингольт. После серии уний с Польшей по времени в таблице указаны польские короли, являющиеся одновременно и Великими князьями Литовскими.

Митрополиты Киевские и всея Руси и Московские и всея Руси указаны в хронологическом порядке без указания места митрополичьей кафедры (Киев, Владимир, Москва).

Из таблицы видно, что дед Пафнутия родился во времена Ивана Калиты, а его активная жизнь началась у него во
времена Дмитрия Донского. Как известно по летописным источникам, баскачество, введенное Батыем после основания
им Золотой Орды в 1242 г., было ликвидировано к 14 веку его потомками, и сбор дани осуществлялся самими русскими князьями. Сокращение баскачества началось сразу после смерти Батыя в 1255 г. ханами Сартаком, личным другом Александра Невского, и Берке. Продолжилось при Тохте и окончательно закончилось, по-видимому, при Узбеке, на сестре которого Кончаке был женат московский князь Юрий Данилович. Сам Узбек был женат на дочери византийского императора Андроника. Так что дед Пафнутия только в младенчестве мог застать последних баскаков и вряд ли он им был.

Во времена Ивана Калиты началось другое движение: массовый переход ордынских выходцев на русскую службу. Это было связано, по мысли Л.Н. Гумилева, с введением ханом Узбеком в 1312 г. мусульманства в качестве государственной религии в Орде. До этих пор монголы, будучи язычниками, отличались удивительной веротерпимостью. Они никоим образом не преследовали религиозные культы и священников на завоеванных территориях, а напротив, давали им самые широкие права, всюду освобождая церкви от любых податей. В Сарае, столице Орды, прихане Берке была учреждена православная епископия, подчиняющаяся общему митрополиту всея Руси. Ростовский епископ Кирилл, приехавший по вызову хана для исцеления его больного сына, так увлек племянника Берке, что тот отправился с ним в Ростов, крестился, построил обитель, женился, овдовев скончался иноком (1290 г.) и был причислен к лику Святых под именем Петра царевича Ордынского5, 6.


Рис. 1. Владимир Кобзарь. Преподобный Пафнутий Боровский и всея Руси чудотворец

Узбек приказал принять мусульманство, а несогласных вызвал к себе в ставку и приказал отрубить головы более чем 70 царевичам Чингизидам. Это было неслыхано. Принуждение в религиозном вопросе было воспринято как личное оскорбление. Многие татарские царевичи и простые люди стали выезжать от преследования на Русь и в Литву, где крестились и поступали на службу. Князь давал за это землю и крестьян. По-видимому, одним из таких выходцев и был дед Пафнутия.

Дед Пафнутия владел вотчиной – селом Кудиново под Боровском. Вряд ли князь дал бы ему село, если бы дед был крещен насильно, под угрозой убийства. И вряд ли бы при насильном крещении дед «отличался благочестием», как сказано в житии. Кроме того, согласно Ясе Чингиз-хана, определяющей всю нравственность монгольского государства, подчинение или сдача в плен врагу в условиях военных столкновений рассматривалось как самое страшное преступление, после которого человек не имел права жить. Право же служилого феодала переходить на службу к тому князю, который нравится, признавалось в средние века незыблемым во всех странах – и на Западе, и на Востоке. Поэтому, скорее всего, дед Пафнутия был одним из добровольно перешедших на Русь служилых татар и достаточно родовитых, раз получил целое княжеское село. Может быть, где-нибудь в летописях еще удастся найти его имя. Название же «баскак» применялось, по-видимому, по старой привычке ко всем татарам, пришедшим служить на Русь. По крайней мере, никакой связи деда Пафнутия с Батыевыми баскаками, по-видимому, не было, хотя бы просто по времени, и в житии допущена явная путаница, возможно, идеологически намеренная.

Для примера приведем имена некоторых известных татар, перешедших на русскую службу в первый период ордынского владычества в 13–14 веках. В последующее время, в 15–16 веках, такие переходы стали поистине массовыми.

Князь Беклемиш, пришедший в 1298 г. в Мещеру, стал родоначальником князей Мещерских. Царевич Берка, приехавший в 1301 г., стал родоначальником Аничковых, царевич Аредичь – родоначальник Белеутовых. Мурза Чет, родоначальник Годуновых, прибыл в 1330 г. Он является основателем Костромского Ипатьевского монастыря. Царевич Серкиз, прибывший к Дмитрию Донскому, является родоначальником Старковых. Князь Олекса, внук Мамая, прибыл к великому князю Литовскому Витовту, крестился в Киеве и стал родоначальником князей Глинских, перешедших затем на Русь. Елена Глинская стала женой Василия III и матерью Ивана Грозного7.

Как видим, взаимодействие русских княжеств и Орды было плодотворным, далеко не всегда враждебным. В приеме ордынских выходцев просматривается дальновидная политика русских князей, прежде всего, московских. За счет этого процесса Орда постепенно слабела, а Москва крепла.

Когда Парфений (Пафнутий) достиг 20-летнего возраста (1414 г.), он постригся под именем Пафнутия послушником в Боровский Покровский монастырь, расположенный в окрестностях Боровска на землях Боровского князя Василия Ярославовича, внука Владимира Храброго. Пафнутий был в послушниках у старца Никиты, ученика Сергия Радонежского8, 9.

В 14–15 веках наблюдался бурный рост числа монастырей. Монастыри возникали не только в центральной части Московии, но и по её периферии, на Севере и в Поволжье, что способствовало колонизации этих окраинных земель. Одной из причин роста числа монастырей был процесс централизации русских княжеств вокруг Москвы. Вследствие этого исчезали удельные наделы и многие потомки их владельцев оказывались не у дел. Образовался целый слой образованных и предприимчивых «лишних» людей. У них было два пути: идти на военную службу со всеми её тяготами или основать монастырь в пустынной местности. Многие выбирали второй путь, тем более, что монастыри не облагались налогами ни со стороны князя, ни со стороны Орды, т.е. были в привилегированном состоянии. Таков был Сергий Радонежский, сын Ростовского боярина, таков был Пафнутий, сын Боровского вотчинника, и многие другие основатели монастырей.

В 1434 г. Пафнутий был поставлен игуменом Покровского монастыря. В 1444 г. Пафнутий неожиданно покидает Покровский монастырь, переходит на другой берег Протвы, где расположены земли Дмитрия Шемяки, и поселяется, поставив небольшой скит в дремучем лесу, подобно Сергию Радонежскому. На новое место стали стекаться иноки, строя себе деревянные кельи. Монастырь рос. Некоторое время спустя был построен деревянный храм, освященный во имя Рождества Пресвятой Богородицы.

Почему же Пафнутий покинул Покровский монастырь, где он был игуменом, и основал новый монастырь на землях Дмитрия Шемяки, уйдя с земли боровского князя Василия Ярославовича?

В Житии сказано, что перед уходом из Покровского монастыря Пафнутий долго и тяжело болел и воспринял это как указание Промысла Божия, принял великую схиму, а выздоровев, оставил монастырь.

Но, скорее всего, не только болезнь была причиной ухода Пафнутия из Покровского монастыря. В это время в России полыхала феодальная гражданская война за Московский престол между Василием II Темным и Юрием Дмитриевичем с сыновьями, его дядей, сыном Дмитрия Донского. Сыновья Юрия Дмитриевича, Василий Косой и Дмитрий Шемяка, в официальной истории представляются чуть ли не бандитами, узурпаторами престола, ослепившими законного государя. На самом деле все не так просто. По давней традиции Рюриковского дома после смерти Великого князя престол переходил к его младшему брату и лишь после перебора всех братьев престол переходил к племянникам, начиная с сыновей старшего брата. Именно такой порядок был указан в духовной грамоте Дмитрия Донского: после смерти Василия I Дмитриевича престол должен был перейти к его младшему брату Юрию Дмитриевичу.

Но Василий I нарушил эту традицию, передав престол своему сыну Василию II. Между Василием II и Юрием Дмитриевичем возникла острая борьба вплоть до военных столкновений, подобная борьбе Алой и Белой Розы в Англии.

Юрий Дмитриевич несколько раз овладевал московским престолом, пользовался поддержкой части боярства и провел несколько очень важных реформ. После его смерти в 1434 г. борьбу за московский престол продолжили его сыновья Василий Косой и Дмитрий Шемяка, которые тоже несколько раз захватывали московский стол.

Что касается ослепления, то оно было взаимным. Это была распространенная традиция в средние века. Вначале по приказу Василия II был ослеплен в 1433 г. боярин И.Д. Всеволожский, сторонник Юрия Дмитриевича, а затем в 1434 г. Василий Косой, за что он и получил свое прозвище. Шемяка же просто мстил за брата.

После своего поражения Дмитрий Шемяка скрылся в Новгороде, где был отравлен в 1453 г. по приказу Василия II Темного. В организации отравления участвовали боярин Иван Котов и повар с характерным прозвищем Поганка. Все
перипетии этой борьбы прекрасно описаны в замечательной книге А.А. Зимина «Витязь на распутье»10.

В этой борьбе с самого начала и бесповоротно Пафнутий принял сторону Юрия Дмитриевича и его сыновей. Поэтому, поругавшись с Василием Ярославовичем, боровским князем, он перешёл на земли Дмитрия Шемяки. Василий Ярославович очень обиделся на Пафнутия и несколько раз посылал своих людей поджечь новый монастырь Пафнутия. Но, обладающий даром провидения и, по-видимому, гипноза, Пафнутий распознавал поджигателей и прогонял их вон.

После смерти Дмитрия Шемяки митрополит Иона запретил поминать его в церковных службах. Пафнутий не послушался этого и поминал Шемяку до конца своих дней, а Иону запретил звать митрополитом, так как его избрание не было одобрено Константинопольским патриархом. В то время это было обязательно, так как центр православной церкви находился в Констатинополе. Пафнутий продолжал поминать Шемяку, несмотря на то, что Иона посадил его в темницу. Правда, «под давлением общественности» вскоре должен был выпустить.

Когда Иван Котов, замаливая свой грех по отравлению Шемяки, принял монашеский постриг и пришел к Пафнутию, тот, распознав его тайный грех, не принял его в монастырь.

Таким образом, Пафнутий был в курсе всех политических событий своего времени и имел о них свое собственное четкое мнение, которое отстаивал даже перед стоявшими выше его.

Пафнутий очень строго выполнял монастырский устав. Вот что сказано об этом в Житии: «От того времени, как
блаженный стал монахом, воздержание и житие его было таково: в понедельник и в пятницу ничего не ел, в среду
же употреблял сухую пищу, а в прочие дни вкушал с братией. И всегда прилежал к тяжелому труду: рубил дрова и на
плечах носил, и в огороде землю возделывал, и воду носил для поливки. И другие все тяжелые работы исполнял, и
никто прежде него не брался за всякое дело и за соборное правило. В зимнее время он много и прилежно молился
и читал и мрежи сплетал, которые были необходимы для рыбной ловли. Много трудился. И не разрешал к телу своему никому прикасаться и сам ни к кому не прикасался, даже при необходимости. Женщин же не только в обители, но и издалека не хотел видеть и не терпел, когда кто-нибудь о них говорил. Так же и сильным мира сего не попускал приближаться к вратам обители. И благодаря этому вышеестественный и великий подвиг целомудрия совершил, от чрева матери сохранил тело чистым и неоскверненным, так что оно стало сосудом для Святого Духа»11.

Кроме того, Пафнутий известен как хороший хозяйственник. В 15–16 веках разгорелся спор между «нестяжателями» во главе с Нилом Сорским и «иосифлянами» во главе с Иосифом Волоцким, учеником Пафнутия, братом Вассиана Санина. «Нестяжатели» стояли на позициях, что церковь должна заниматься только духовными делами и не стремиться к обогащению, а «иосифляне», наоборот, считали, что церковь должна быть богатой, чтобы иметь силы нести веру в мир, и активно поддерживать государственную власть. Хотя основные споры разгорелись уже после смерти Пафнутия, но он, несомненно, стоял на позициях «иосифлян», недаром их вождём был его любимый ученик. Пафнутьев-Боровский монастырь обладал большими земельными наделами, которые давали ему богатые вкладчики, и Пафнутий умело ими распоряжался. Подобные же наделы были и у других монастырей, в частности, Троице-Сергиевского, основанного Сергием Радонежским.

На церковном соборе 1531 г., созванном для суда над Максимом Греком и Вассианом Патрикеевым, обвиненных в ереси, Максим Грек сказал о Пафнутии, «что он держал села и на денги росты имал, и люди и слуги держал, и судил, и кнутьем бил, ино ему чюдотворцем как быти?»12. Максим Грек был последователем Савонаролы и ярым сторонником «нестяжателей», за что его и осудили.

В отстаивании своих прав на землю монахи Пафнутьева монастыря не раз судились и даже сходились в рукопашную с посадскими людьми, крестьянами и монахами других монастырей, владевшими землями в Боровском уезде13, 14.

Таким образом, мы видим, что Пафнутий был, скорее всего, потомком добровольного выходца из Орды во времена Ивана Калиты и хана Узбека. Он был человеком бескомпромиссно преданным вере. Но в то же время он не уклонялся от политических споров своего времени и отстаивал свое мнение на любых уровнях. Он был весьма практичен в хозяйственных делах, прекрасно содержал монастырское хозяйство и был сторонником богатых монастырей. Т.е. он вполне следовал пословице: «На Бога надейся, а сам не плошай!».

В этом он весьма похож на другого видного деятеля церкви − Филиппа Колычева, который, будучи игуменом, прекрасно организовал хозяйство Соловецкого монастыря, создал систему озер, каналов и рыбных садков, которые
действуют и в настоящее время, а став митрополитом, не убоялся принародно осудить Ивана Грозного за его злодеяния, за что был осужден послушными царю иерархами в мздоимстве, сослан в дальний Тверской Отрочь Успенский монастырь, где и был задушен Малютой Скуратовым. Судьба Пафнутия сложилась более счастливо, хотя оба они причислены к лику общерусских святых.

Вообще до Петра I, который свел церковь до уровня министерства (Святого Синода), русские митрополиты и игумены крупнейших монастырей принимали самое активное участие в политической жизни страны, что мы и видим на примере Пафнутия.

Пафнутий Боровский на фоне исторических событий

Родословие и даты жизни ПафнутияДатыВладельцы Боровских земельВеликие князья Московские и ВладимирскиеМитрополиты Киевские, Московские и Всея РусиВеликие князья Литовские и короли польскиеХаны Золотой ОрдыОсновные события истории Руси
Прапрапрадед, ордынец, расчетная дата рождения1229Ингвар Игоревич Рязанский?Юрий ВсеволодовичКирилл I (грек)Рингольт?-Нашествие Батыя
Прапрадед, баскак, расчетная дата рождения1262Роман Ольгович РязанскийАлександр НевскийКирилл II (галичанин)МиндовгБеркеЭкспансия Литвы
Прадед, баскак, расчетная дата рождения1295Ярослав Романович РязанскийДаниил МосковскийСв. Максим (грек)ВитеньТохтаНачало отмены баскачества
Иван дед/ Крестился. Расчетная дата рождения1328Иван Иванович Коротопоп РязанскийИван I КалитаСв. ФеогностГедиминУзбекПринятие Ордой ислама, отмена баскачества
Мартин отец расчетная дата рождения1361Иван Иванович Малый МосковскийДмитрий Иванович ДонскойСв. Алексий IОльгердВеликая замятняКуликовская битва
Пафнутий (Парфений) дата рождения1394Владимир Андреевич ХрабрыйВасилий IСв. Киприан (болгарин)ВитовтТохтамышНашествие Тимура. Сретенье иконы Владимирской Богоматери
Послушник Боровского Покровского монастыря1414Семён ВладимировичВасилий IФотий (грек)ВитовтКепекНашествие Егидея
Игумен Боровского Покровского монастыря1434Василий ЯрославовичВасилий II ТемныйГерасимСигизмунд КейстутовичКичи-МухаммедСвадьба Василия II. Начало гражданской войны
Закладка Пафнутьв-Боровского монастыря1444Василий ЯрославовичВасилий II ТемныйСв. Иона (исп. обязанности)Казимир IV ЯгеллонКичи-МухаммедПлен Василия II. Флорентийская уния
Кончина Пафнутия1477Московские воеводыИван III, Государь Всея РусиСв. ГеронтийКазимир IV ЯгеллоннАхматКонец Золотой Орды. «Иосифляне» и «нестяжатели»
Местное празднование1531Московские воеводыВасилий IIIДаниилСигизмунд I Август-Правление Елены Глинской
Общерусская канонизация1547Московские воеводыИван IV Грозный царь Всея РусиСв. МакарийСигизмунд I Август-Возведение Ивана IV на царство

Текст В.А. Тарасов



1 Житие и отчасти исповедание чудес преподобного и богоносного отца нашего Пафнутия игумена и чудотворца Боровского (1394 г. – 1(14) мая 1477 г.), писанное учеником его святителем Вассианом Саниным, епископом Ростовским // Преподобный Пафнутий игумен и чудотворец Боровский и его обитель. Посвящается 200-летию Калужской епархии. Калуга, 1999. С. 11.
2 Житие и отчасти исповедание чудес преподобного и богоносного отца нашего Пафнутия игумена и чудотворца Боровского (1394 г. – 1(14) мая 1477 г.), писанное учеником его святителем Вассианом Саниным, епископом Ростовским // Преподобный Пафнутий игумен и чудотворец Боровский и его обитель. Посвящается 200-летию Калужской епархии. Калуга, 1999. С. 7–41.
3 Житие и отчасти исповедание чудес преподобного и богоносного отца нашего Пафнутия игумена и чудотворца Боровского (1394 г. – 1(14) мая 1477 г.), писанное учеником его святителем Вассианом Саниным, епископом Ростовским // Преподобный Пафнутий игумен и чудотворец Боровский и его обитель. Посвящается 200-летию Калужской епархии. Калуга, 1999. С. 7–8.
4 Греков И.Б. Восточная Европа и упадок Золотой Орды (на рубеже XIV–XV вв.). М.: Наука, 1975.
5 Гумилев Л.Н. От Руси до России. Очерки этнической истории. СПб: Юна, 1992.
6 Гумилев Л.Н. Древняя Русь и Великая Степь. М.: ООО «Аст», 2002.
7 Халиков А.Х. 500 русских фамилий булгаро-татарского происхождения, www.remezovi.ru/site/?page_id=325, Глава II.
8 Осипов В.И. Из истории Пафнутьев-Боровского монастыря в XV – XVI вв. // Монастыри в жизни России. Материалы научной конференции, посвященной 600-летию Преподобного Пафнутия Боровского и 550-летию основания им Рождества Богородицы Пафнутьев-Боровского монастыря. (19–20 апреля 1994 г.) / Сост. В.И. Осипов. Калуга–Боровск, 1997. С. 172–190.
9 Боровский край в истории России. Часть I. Боровский край с древнейших времен до конца XVII в. Издание 2-е, испр. Уч. пособ. для учителей 8–10 классов школ Боровского района Калужской области / Сост. В.И. Осипов. Боровск, 1999. С. 31–39.
10 Зимин А.А. Витязь на распутье: Феодальная война в России XV в. М.: Мысль, 1991.
11 Житие и отчасти исповедание чудес преподобного и богоносного отца нашего Пафнутия игумена и чудотворца Боровского (1394 г. – 1(14) мая 1477 г.), писанное учеником его святителем Вассианом Саниным, епископом Ростовским // Преподобный Пафнутий игумен и чудотворец Боровский и его обитель. Посвящается 200-летию Калужской епархии. Калуга, 1999. С. 39–40.
12 Федотов С.В. Канонизация Пафнутия Боровского на Церковном Соборе 1531 года. moscowia.su/raboty-konkursa-nasledie-predkovmolodym/kanonizatciia-pafnutiia-borovskogo-na-tcerkovnom-sobore-1531-goda-fedotov-sergei-viacheslavovich
13 Осипов В.И. Взаимоотношения посадского населения г. Боровска с Пафнутьевым монастырем в 17 веке // Боровский краевед. Боровск, 1990. С. 51–67.
14 Осипов В.И. Судные дела Пафнутьев-Боровского монастыря в XVII в. (на материале Пошлинных книг) // Боровский краевед. Вып. 4. Боровск, 1992. С. 37–59.

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.