Остров Хейса. Люди и белые медведи. Полярные были

В августе 1969 г. на о. Хейса (Земля Франца Иосифа) была направлена экспедиция по исследованию верхних слоев атмосферы с помощью ракетного зондирования. В ней принимали участие сотрудники Института экспериментальной метеорологии (ИЭМ) г. Обнинск, Института прикладной геофизики (ИПГ) г. Москва и специалисты Франции. Домá на полярной станции «Дружная» (потом им. Кренкеля) одноэтажные, барачного типа. В одном из подъездов этих домов проживали в одной комнате я и Вотинцев Владимир, в другой Ковалев Виктор и Шаторный Борис (все сотрудники нашего отдела). В другом также сотрудники отдела Хохлов Михаил и Балакшев Юрий, во второй проживал однокурсник Балакшева по институту, сотрудник «ЦАО» (Центральная аэрологическая обсерватория) город Долгопрудный. Однажды, сидя дома после работы услышали скрип снега на крыше. Дом зимой заметает со стороны склона острова по крышу, поэтому сделано два выхода, с востока и с запада. Поняли, что скорей всего, пожаловал медведь.

Оделись, взяли карабин (в каждом подъезде есть карабин по правилам полярных станций). Выйдя из дома, через короткое время услышали со стороны крайнего подъезда выстрел, затем еще один. Побежали туда. На крыльце запасного выхода увидели Хохлова с карабином, Балакшева и его однокурсника с ружьем. В нескольких метрах лежал убитый медведь. По их рассказу, Балакшев заметил, что в окно лезет медведь, закричал. Точно не помню имени однокурсника Балакшева, по-моему, Александр, схватил ружье (он привез его с собой) и выскочил в тамбур. Следом выбежал Хохлов, сорвав в коридоре карабин. Первым выстрелил Александр. Медведь встал на дыбы, зарычал.
Выстрелил Хохлов, медведь упал, пополз к ним, царапая снег когтями и затих в нескольких метрах от них (со слов участников).

После произошедших событий обо всем было доложено начальнику станции, и по его приказу шкура была сдана на склад.

По окончании экспедиции Кудрашов Валентин, который являлся начальником экспедиции, обратился к начальнику станции с просьбой забрать шкуру в Обнинск для передачи ее в музей г. Обнинска. И в начале мая 1970 г. шкура была привезена в город. Из неё впоследствии было сделано чучело, которое до сих пор находится в экспозиции Музея истории г. Обнинска (рис. 1).


Рис. 1. Белый медведь в экспозиции Музея истории г. Обнинска

Живой полярник
(рассказ Владимира Владимировича Соцкова)


Живой полярник, или недоеденный медведем, – так меня в шутку называют друзья.

Я, Владимир Владимирович Соцков, с группой товарищей (М.П. Осецким (старший группы), А. Дугиным и Жилиным) был откомандирован в 1985 году осенью на остров Хейса – полярную станцию.

На остров Хейса мы прилетели на вертолете, т.к. посадка самолета невозможна из-за плохой посадочной полосы. Первая часть задания была снаряжение двигателей для отправки их на научное судно «Профессор Зубов». Все двигатели погрузили. Задание это мы выполнили на «отлично», хотя это было впервые на полярной станции, обычно эти работы выполнялись на материке.

Потом подъехала остальная часть экспедиции во главе с научным руководителем Корпусовым Виктором Николаевичем. Работы готовили по изучению полярных сияний. Дежурство велось круглосуточно. К 18 ноября все ракеты были собраны и готовы к пуску. За ужином 18 ноября подали команду «на пуск», как в армии: побросали ложки, вилки и побежали на техничку, чтобы подготовить ракету к пуску. Нужно было головную часть пристыковать к двигателю, поднять на талях и по монорельсу доставить ее к пусковой установке, далее зарядить ракету в ствол и поднять пусковую установку.

После всех проверок технический руководитель Осецкий М.П. доложил научному руководителю Корпусову В.Н. о готовности ракеты к пуску. Потянулись томительные минуты ожидания. Полярные сияния то вспыхивали, то затухали. В 23:00 была команда отбой, т.е. пуска не будет, потому что были слабые вспышки полярного сияния.

Мы разрядили пусковую установку, по монорельсу ракету отвезли обратно в техничку, отстыковали головную часть и поставили ее на место.

Оделись, закрыли «техничку» и пошли домой. Я, как старший по техничке, заметил невыключенный транспарант «Опасная зона», который включается для безопасности других полярников, не занятых в пусках. Осецкий, Дугин и Жилин пошли вперед, а я, получилось, отстал метров на 50 от группы.

Зимовать я начал с 1964 года и прекрасно знал, что есть опасность встречи с медведем. Поэтому с «технички» шел, постоянно оглядываясь. Тем более, мы все знали, что на станции «Нагурская» медведь задрал человека. Дойдя до середины поселка, я оглянулся в просветы между домами и вправо на озеро. Никого не было. Я шел дальше и во все горло распевал: «Поедем, красотка, кататься!». Погода была тихая, прожекторы освещали площадь перед камбузом. И вдруг из-за дома на меня налетел медведь. Я закричал. Около скотного двора валялись шкуры от коров, и медведи приходили питаться. Собаки в это время не было, а та, которая ходила на медведя, была внутри камбуза, поэтому предупредить об опасности было некому. Медведь ударом лапы сшиб меня с ног и стал рвать когтями и зубами. Я пытался бороться, пинал его ногами в живот, руками защищал голову. Но все было напрасно, т.к. мои усилия не приносили ему никакого вреда. Это был медведь «пестун». Медведица своих медвежат водит с собой, учит охотиться и выживать в условиях суровой Арктики.

Поборолся я с ним 3-5 минут, слышен был треск…

Потом я попрощался с женой Катей, сказал «Прощай» и потерял сознание.

В это время ребята, услышав мой крик, побежали ко мне. Осецкий увидел, что на меня напал медведь, и остановил ребят. Все происходило около третьего дома, на котором был оборудован пожарный щит. Ребята стали хватать багры, топоры и стали кидать в медведя, пытаясь отвлечь его от меня. Медведи очень любопытны и отвлекаются на каждый предмет. Если медведь гонится за тобой, надо потихоньку снимать с себя одежду и кидать ему по одному предмету, а самому продолжать убегать. Он обнюхивает каждую вещь, и это дает возможность убежать от медведя, дает шанс сохранить себе жизнь.

Медведь, видя, что я затих, агрессии не проявляю, кинулся в сторону ребят. Они побежали в 3-й дом, скрылись от него там. Сообщили по телефону директору о нападении медведя. Осецкий, видя, что медведь пошел обратно, стал провоцировать его остаться возле дома, давая мне возможность, если я живой, уйти.

Я очнулся, не обнаружил возле себя ни медведя, ни ребят. Встал и пошел на старый камбуз, который находился в 15 метрах от произошедшего.

Забежав туда, я лег в тамбуре на пол в рваных брюках и спецпошиве, без шапки.

Дальше я не пошел, чтобы не марать кровью. Начал ощупывать себя. Ноги шевелятся, руки целы, похлопал туловище, голову – вроде все цело. Крови много, ухо левое оторвано, но висит. Я начал кричать, чтобы привлечь внимание, что я здесь.

Медведя погнали через озеро и там его убили. Оставлять зверя, напавшего на человека, нельзя, т.к. он уже понимает, что человек – это легкая добыча. Медведь чувствует запах издалека, крадется бесшумно и прыжком настигает за 6-10 метров и даже не по прямой.

Группа Корпусова В.Н. шла позднее, и узнав о случившемся, тоже включилась в поиски.

Услышали мои крики и по следам крови нашли меня. В этот период времени на станции не было врача, медпункт был закрыт. Нашли завхоза, открыли медпункт и оказали мне медицинскую помощь.

Доктора не было, поэтому оказывала помощь Татьяна Бойченко (жена замдиректора), она раньше работала в госпитале.

Связались с островом Диксон, и по рации врач-хирург давал указания о первой помощи. Все полярники станции переживали за меня, старались помочь чем-нибудь. Доктор посоветовал дать мне спирту, чтобы снять стресс. Я не мог пить, и мне ложкой разжали зубы и влили спирт.

Всю ночь сидели возле меня Фокин А.А., Корпусов В.Н., Осецкий М.П., Дугин А., Жилин и другие полярники.

На следующий день вертолетом меня увезли в больницу на о. Диксон. В больнице я никак не мог спать, и доктор сказал, чтобы я рукой (как форточку) закрыл глаз, т.к. был поврежден лицевой нерв. Осецкий сообщил в ЦКБ в Обнинск о случившемся. Слух быстро распространился в институте. Чего только не говорили обо мне: что голову оторвал медведь, ноги…

Руководство оказалось на высоте. А.А. Фокин, директор, Шидловский А.А. и Благушин Е.А. собрались в кабинете и решили, что Благушин Е.А. лично сообщит о случившемся семье. Благушин встретился с женой и рассказал о произошедшем. Самое главное он сказал: никого не слушать, не верить никаким небылицам, он сам лично будет сообщать. Раз я на о. Диксон, значит дела не очень плохи. У него на Диксоне друзья, и он все узнает обо мне.

Потом меня перевезли в Обнинск, положили в больницу на лечение. Лицевой нерв не восстановился, ухо приросло (пришили). А друзья шутят, когда я пытаюсь петь, говорят: «Медведь на ухо наступил».

Ниже приведено несколько фото с белыми медведями из коллекции авторов.

Рис. 2. Игривые медвежатаРис. 3. Надёжная защита


Рис. 4, 5. Любопытство

Текст В.Ф. Куклев, В.В. Соцков, ветераны-полярники, Обнинск

*Данный материал взят из книги «Приобнинский край. Город и окрестности. История и современность» (труды обнинского краеведческого объединения «РЕПИНКА»)

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.